Веселый Роджер

Хитрая Вера хоть и знала, что я буду на ногах с рассветом, написала: «Белов, фотографии удали» – только после обеда. Понимала ведь, что к черту пошлю, напомни она о себе раньше.

Я решаю притормозить у моря. Стою несколько минут, опираясь на велосипед, и смотрю на шелестящую водную гладь, слушая чаек. Девочки втроем проносятся мимо, помахав. Отец останавливается рядом, молча замирает за спиной. Хорошо так на душе, приятно. Жить рядом с морем – сказочно, а южане – неважно, о какой стране мира идет речь, – люди уникальные в своей невозмутимости и любви к размеренному образу жизни, таких больше нигде не встретить.

Пишу: «Поздно. За день они собрали под две тысячи лайков, и я не собираюсь останавливаться на достигнутом. Глянь соцсети».

В ответ тишина. Минута, вторая, третья проходят – от Веры ни слова, ни смайла.

Хей, кажется, я переборщил. Она и так порывалась шагнуть с подоконника, нужно быть осторожнее.

«Шутка».

«Ну ты и сволочь».

«Сама удалишь. У меня рука не поднимется», – это сообщение я пишу и стираю несколько раз, прежде чем отправить.

– Привози Веру в следующий раз, сынок, – говорит отец.

Я вздрагиваю, так как забыл, что он все еще стоит рядом.

– Привезу, пап, – обещаю, понимая, что этого не будет никогда.

Но почему бы не дать ему немного времени порадоваться за собственного ребенка? Он замечательный отец, лучший, который только может быть в нашем непростом положении.

– Кажется, Вера хорошая девушка.

Я пожимаю плечами.

– Знаю, – говорю, поджимая губы.

Снова становится гадко и до глубины души обидно. Ловлю себя на мысли, что потираю пиратский флаг на груди, напоминая себе о его существовании. На горизонте появляются дельфины, они так близко подплывают к берегу, что, окажись мы в воде, могли бы запросто доплыть и погладить их. Девочки быстро приближаются, бросают велосипеды и бегут к бордюру набережной, кричат и хлопают в ладоши от восторга.

Но хмурая, правдивая Москва ждет, и откладывать встречу я не собираюсь. Этот город принимает меня таким, какой я есть на самом деле, а это дорогого стоит. Обманчивое южное тепло хорошо только тогда, когда строго дозировано.