Пристойное поведение

Я возвращаюсь в номер, кивая приветливому персоналу, попавшемуся по пути.

Пока бегаю, думаю. Погода идеальная для физических нагрузок на свежем воздухе, нет такой бешеной жары, как в городе, легкий ветерок обдувает голые плечи, кажется, что даже тротуарная плитка под ногами пружинит, словно трава на газоне. Дыхание тяжелое и резкое, излишне глубокое, на спор все же побежали в масках. Легкие пылают огнем.

Я не из тех, кто проживет долгую жизнь, моя история не закончится хэппи-эндом. Попытался – не вышло, мне даже природа дала знак: ну не твое это – семья.

Смирись уже. Теперь понял, сдаюсь.

Я ведь раздолбай, что тут скрывать. Кошмарный сын, не лучший брат. С шестнадцати лет больше времени провожу в походах и поездках, чем дома с родными. Единственное, что дисциплинировало – это спорт, и как только я бросил серьезные тренировки, понеслась душа в преисподнюю. В это время я много читал и писал, публиковался под разными псевдонимами, мне казалось, что я постигаю суть, учусь подавать ее под особыми соусами.

Нарабатываю жизненный опыт. Думалось, что мое видение кому-то интересно. К черту, не пригодилось. В реальной жизни деньги платят за другое.

До брака я работал над книгой, это казалось архиважным, но потом бросил, нашел цель в другом. А теперь думаю – может, поискать старый файлик на компе? Перечитать – хоть посмеяться повод.

В самолете Коля смотрит перед собой, говорит растерянно, что ему не свойственно. Представьте только борова, многократного чемпиона в смешанных единоборствах (которые перед девчонками мы зовем боями без правил, что неправильно, но звучит круче) в полутяжелом весе, поджимающим губы, словно вот-вот разревется.

О Боже, что еще случилось?

– Ты только Лесе не говори ничего, хорошо? Ну, что вчера было, – произносит он, глядя перед собой.

Я не понимаю, о чем он. Его невеста ведь в курсе, что мы на мальчишник уехали. Он проиграл больше, чем планировал? Странно, суммы всегда оговариваем заранее, ни разу еще не выворачивали карманы в ноль.

 Смотрю на профиль друга, его кривой, многократно переломанный нос – что-то Санни выглядит совсем паршиво, пришибленный какой-то, ссутулился, в глаза не смотрит. Ему стыдно.

Интересно, за что? Делаю вид, что в курсе:

– Нет, конечно. И в мыслях не было. Просто забудь. Что случилось в Красной Поляне, остается в Красной Поляне.

– Это все Тренер, я как начинаю с ним общаться, башку теряю, – опачки, кажется, не только в моей лоджии сегодня ночевали девушки.