F20. Балансировать на грани

С Машей, как и Катей, мы познакомились на прошлой работе. Три года просидели в банке плечом к плечу или, скорее, столом к столу, пока Катя не ушла в ресторан, а я – в «ЭД точка ру», но с тех пор продолжаем дружить и часто видимся.

– Привет! Смотрю, домашние посиделки в стиле «посплетничаем девочками» превратились в вечеринку года? – посмеиваюсь я, отпивая из бокала вино и отмечая его элитный терпкий вкус. Во сколько же им встал праздник с такими-то напитками? Страшно подумать.

– Да ты что, не знаешь? Вернулся Олег Баль, брат Катьки! Вот, смотри! – кивает Маша на противоположную сторону стола.

Я старательно щурюсь, вглядываясь в лица гостей, сидящих в указанном направлении и весело смеющихся. Всех этих людей я знаю давно – это одноклассники Кати. Они присутствуют на каждом её дне рождения, правда, мы никогда особо не общаемся. Разные интересы.

– Да нет же. Ты не туда смотришь. – Маша указывает пальцем на мужчину в молочно-белом свитере.

Незнакомец полулежит в большом, на вид очень уютном, кресле у камина, вальяжно раскинув ноги.

Как раз в этот момент он, словно почувствовав к себе внимание, поворачивает голову, слегка улыбается, фокусируя взгляд на направленном точно на него указательном пальце Маши, и снова отворачивается к огню. Я мимолетно отмечаю, что в руках он держит глубокую вазочку, кажется, с сухофруктами, но не ест.

– Маш, с ума сошла? Пальцем показываешь! Мы же не на рынке, – мне приходится грубо одёрнуть подругу.

– Ну извини, – говорит она значительно тише, продолжая поглядывать на мужчину.

 – Он прикончил свою жену, после чего…

– После чего лечился в психбольнице, я уже в курсе, – киваю подруге, рассматривая молодого человека.

Около тридцати лет на вид. Конечно, сложно судить, когда он сидит в кресле, но на первый взгляд – ростом выше среднего. Светлые, с пепельным оттенком прямые волосы острижены на уровне подбородка и спадают на лицо, закрывая практически весь профиль. Судя по кончику носа, он у мужчины прямой, выдающийся вперёд на уровне подбородка, поросшего щетиной, тоже светлой.

Одет брат Кати, у которой гардеробная занимает полспальни, в простые светло-голубые джинсы, свободный непримечательный свитер и чёрные кеды.

– Брат Кати блондин? – решаю я поддержать разговор, замечая, что подруга начинает обижаться на моё молчание.

– Я тоже удивилась, – радуется она моему вопросу. – Он такой странный! Ну ещё бы, после психушки. Весь вечер молчит, глаз не сводит с камина, словно видит там что-то особенное.