Вихрь переправ

– Ничего плохого в том нет, чтобы стремиться к совершенству, Нил, – не менее широко в улыбке сверкнул безупречно ровными и белыми зубами Эрик.

– А ты не говорил, что у тебя есть енот, – заметил Матфей.

Столь нежданное возникновение енота, к тому же прислужника его друга, вызвала новую порцию взброса адреналина в кровь. Подобного рода совпадению Матфей отказывался верить. Время утекало сквозь пальцы, спасительное, дышащее свободой.

– Ну, знаешь ли, и ты не трубил на всех углах, что у тебя есть ручной ворон, кошка и ящерица, – парировал тут же Эрик.

– Господин, господин, – раздался снизу решительный голосок енота.

– В чём дело, друг мой? – Эрик присел на корточки для удобства общения с прислужником. Это выглядело довольно забавно – молодой человек, лощённый, в дорогом пальто поверх элегантного костюма, сидел подле енота, привставшего вновь на задние лапы, и слушал того с предельным вниманием.

– Тебе следует, господин, немедленно, нет, срочно покинуть это место. Они уже совсем близко!

– Кто близко, Карасу? О ком ты?

– Праведники идут по следу парня, – ответил за енота другой голос, тягучий, как древесная смола.

Все вздрогнули, но больше всех Виктор. Голос принадлежал его коту, появившемуся столь же внезапно, как и Карасу.

– Да-да, точно, господин, – поддакнул вслед за котом енот, будто то было самой естественной вещью в мире. – Они совсем близко. Нужно срочно уходить отсюда.

– А ты что тут делаешь, Лиандр? – обратился к коту опешивший Виктор Сухманов.

– Затем же, что и енот, предупредить, – протянул кот. Его серая шерсть взъерошилась и потемнела до такой степени, что сам он теперь казался не дымчатым облаком, а свинцовой, грозовой тучкой.

– Лиандр?! Лиандр! – всполошился Гамаюн и закаркал что есть мочи. – Мой старый недруг нашёл меня! Он выследил меня! Господин, прошу твоей защиты!

– Так это тот самый кот, чьих котят ты переварил триста лет назад? – охнул Матфей.

На миг ситуация показалась юноше даже забавной. Но на секунду.

– Если быть точным, двести семьдесят три года, четыре месяца, две недели и один день, – ледяным голосом отчеканил Лиандр, неотрывно и с откровенной злобой взирая на ворона. Глаза кошачьего демона полыхали жёлтыми угольями.

– А у тебя отличная память, хорошая для кота, – слабо улыбнувшись, произнёс Матфей.

– Ты меня понимаешь? – В янтарных глазах Лиандра заиграли искорки изумления.