Катализатор. Серебряный Сумрак

Вампир я или кто?

– Вернешься к охоте на своих? – вырвалось у Инны.

– Вернусь, – с легким вызовом ответил он.

Как объяснить, что текущая ситуация изменилась? И что теперь такого охотника вычислят на счет «раз»? Расчетливые Дети Ночи отнюдь не брезгуют последними достижениями техники. Как и многим другим.

Не потому ли Ярослава и списали?

– Не обижайся. Просто мы в чём-то похожи. Мстим врагам по мелочи… а ничем серьезным не заденешь – хоть из кожи выпрыгни.

– «Серьезного» – это твоя сестра?

– Как ты догадался? – вздрогнула Инна.

Она так хотела умолчать хоть об этом!

– А тут и догадываться нечего. Тот тип из Светлых завербовал вас обеих. Собственно, ради нее ты и согласилась. А бегаешь по весям и мелким городам ты теперь одна.

Остывает в битой кружке вкусный кофе. За окном ждет сырая осень. И студеная зима на носу… вторая зима без Наташки.

– Одна.

3

Так спокойно Инне не спалось больше нигде. Здесь никто никому не задает любопытствующих вопросов. Для всех Инна с Наткой приехали «поправлять слабое здоровье».

Инне здесь сразу понравилось всё, да и балованная прежде сестренка быстро перестала кривить нос. В конце концов, большой город принес им обеим мало счастья. А все «взрослые» развлечения Натка еще воспринимала больше как порыв выпендриться перед сверстниками, чем как собственное желание. Подходящих по характеру сверстников для выпендривания здесь нет – значит, можно расслабиться.

Старые, еще советские (одноместные!) кровати с доисторическими пружинами. Потертые, побитые, обшарпанные, общежитского вида тумбочки. Такой же «платяной» шкаф – два отделения с полками и одно общее, для вешалок.

Потертый стол, два старых стула. Для местных гостей из соседних номеров. Хозяева посидят и на скрипящих кроватях.

По одному одеялу – изначально. Байковому. Но Инна быстро сходила к вежливой горничной (или она кастелянша?), и им выдали еще по два.

Давно не крашены потертый пол, высокий потолок и крепкие стены. Зато в каждой комнате – незастекленный балкон. С него так удобно любоваться заснеженным сосновым лесом и мирно спящим под ледяным одеялом тихим озером вдали.

А еще одна высокая сосна растет у самого окна. Порой сбрасывает с могучих лап лишний снег чуть не на балкон. Натка всегда забавно вздрагивает, а Инна лишь смеется.