Проклятие старой усадьбы

Только потом Бориска понял, в чём подвох. Настасья велела прогнать пастуха и всю его семью из села – теперь они были вольные. И запретила даже ногой ступать на свою землю.

Не раз пытался Захар продать дом, но никто не хотел брать его, стоящий на чужой земле. Не было в этом никакого смысла. Так и не смог он ничего сделать. Однажды, спустя пять лет, после хорошей порции самогона Захарка тайно влез в помещичий дом, поднял всех на ноги и стал буянить, размахивая бутылью с огненной водой. Случайно опрокинул горемыка керосиновую лампу и дом вспыхнул.

В пожарище погиб один только зачинщик. Спасаясь от огня и сумасшедшего пьянчуги, прислуга заперла его на горящей половине дома. Барыня тогда и вовсе отсутствовала, развлекаясь на балах. На тот момент крепостное право отменили, и после пожара Настасья, продав богатое имение, окончательно поселилась в городе.

Тогда-то и началась кутерьма с именьем: в Заморовской усадьбе надолго никто не задерживался, и вновь отстроенный дом приносил своим хозяевам одни лишь несчастья.

Многие уже при мне сгинули в развалинах Захарова дома. Так и бродят неприкаянные вокруг, не могут найти покой. Давно мне в голову пришла мысль о том, что дом купить нужно. Купить у Захара, дабы получил он то, что ему по праву причитается. Грамота на дом до сих пор хранится, как реликвия, у его потомков по линии брата. Здесь, в селе. Если купить дом, то он уже не сможет хозяйничать в усадьбе. Это поможет тебе вернуть семью: жену и дочку.

– Где? Где живут эти люди? С трудом верится во все эти бредни, но после того, как сгинули мои девочки в развалинах дома, сделаю всё! К чёрту на рога отправлюсь…

– Ну, зачем так далеко.

Они вышли к дороге и впереди Александр увидел очертания домов. – Иди по дороге вперед. Это центральная улица. Не доходя до конца, по правой стороне дом будет кирпичный, с зелеными воротами. Стучи в ворота, что есть мочи. И лучше б тебе управиться до зари. До первых петухов выкупить бумагу у прежних владельцев.

Как сказал дед, так Александр и сделал: побежал вдоль дороги, что есть мочи, через всё село.

Несколько раз Александр думал, что пропал. Стоял густой туман и ворота домов только—только проглядывали. Ему приходилось тыкаться в каждую дверь, чтобы не пропустить те самые зелёные ворота. Дважды на него из тумана бросались чёрные тени, однако злые собаки больше лаяли, чем кусали. Везде мерещились коварные призраки, а один (призрак ли?) крепко схватил его за горло.