Проклятие любить. Фантазии, романтика, пара навсегда

– Женщина! Ты! Вот!… Теперь я буду думать об этом, и мне во снах будут являться чумазые ручонки, которые тянуться ко мне и просят – «Папа кушать», и заметь это будет на твоей совести.

Я довольно заулыбалась невинной улыбкой, за инкубатор было отомщено.

– Так, значит? – сощурился Генри. – Пошли, буду тебя с Темными знакомить, Пупсик кусачий.

По дороге на темный факультет Генри рассказал, что на самом деле самый простой способ узнать темный ты маг или нет, это обмен энергией с себе подобными.

Мы пришли в один из общих залов, где управляющая отчитывала нерадивых темных студентов и давала напутствия на следующий учебный год. С нашим появлением все затихли, управляющая жадно посмотрела на Гении и презрительно на меня. Это была немолодая козочка – Сатир мадам Жаннет, с красивыми рогами, Генри говорил, что это ее гордость.

– Мистер Джексон, приводит посторонних на факультет запрещено, – отчеканила она.

– Мисс Милтон не посторонняя, я как раз привел, ее познакомится с нашими студентами, абитуриентка желает влиться в эти нестройные ряды, коварных, безжалостных, могучих магов, – выдал гордый Генри.

– Еще одно влюбленное недоразумение на мою голову, – вздохнула Козочка, поворачиваясь к собравшимся, – все меня поняли? В этом году буду отчислять всех, кто нарушает дисциплину! Хватит, моя доброта кончилась, не детки уже! – с этими словами она покинула общий зал.

После ее ухода в нас полетело какое-то заклинание, и меня вместе с Генри окутало мощное защитное поле. А Джексон зло смотрел на высокого полноватого мага, который довольно лыбился.

– Ни чего себе Джексон, это с каких пор ты так бережешь своих мимолетных девушек? Обожаю, когда ты используешь чистую силу, это так будоражит, – измывался толстячек.

Генри зарычал, от него волнами расходилась сила некроманта.

– Генри! Ап… – он приложил свой палец мне к губам. И я с круглыми глазами надутыми щеками сквозь щель в губах, в полной тишине выдала, – Пиифффффффф…

– Ирен, пукать при всех очень неприлично, все первое впечатление о себе испортила, – со смехом в глазах и очень громко сказала эта сволочь.