Проклятие любить. Фантазии, романтика, пара навсегда

Я опустила глаза, черт, да я себя давно так хорошо не чувствовала, я готова была сделать генеральную уборку на факультете темных после взрыва. И самое ужасное, когда я увидела Декана, мне захотелось снова «помурлыкать» вместе с этим Черно-белым котиком.

Скромно ответила:

– Спасибо, хорошо, – решив не распространятся.

– Голова не кружится, не тошнит? Может снова хочется к Декану на ручки?

Я уставилась на Ректора круглыми глазами, откуда он знает? Или это нормально?

Константин сбросил кота и поднялся.

– Дарий, мы не за этим пригласили, мисс Милтон.

Мне почему-то стало обидно, все-таки сам виноват, что я в обморок грохнулась. Мог бы и объяснить. Радовало одно, кажется, меня не собирались выгонять из университета.

– Да. А я этим и занимаюсь. Ничего. Отложишь свои важные дела, студенты важнее всего.

Потом Ректор задал очень странный вопрос:

– Ирен Вы что-то помните из младенчества, до того как попали в детский дом? Я понимаю, что вы были малы, но может запахи, отдельные фразы или образы?

Этот вопрос был для меня болезненным, я много дней провела думая о том, почему меня оставили родителя, пытаясь вспомнить хоть что-то.

– Нет, мне было три, все, что у меня было, это деньги и письмо с просьбой принять меня в Магнолию.

– Спой песню, которую пела у стенда, – неожиданно попросил Декан.

Они что сговорились странные вопросы задавать? Уж лучше наказание, отчисление, я б хоть знала что говорить.

– Я не самая хорошая певица, лорд Зейнц, пою, когда одна или в душе.

– Могу полить вас водой, если это поможет мисс Милтон, – предложил Декан.

Я меня над головой образовалась темная тучка и сердито заворчала. Я потыкала ее пальцем, она треснула меня молнией. Круто!!

– Так… Хорошо, ничего нового. При чем тут песня Константин? – задумчиво спросил Ректор и развеял мою тучку.

– Я думаю это песня из ее детства.

У меня снова округлились глаза, из детства? Я об этом не думала, пела и пела себе под нос, она меня успокаивала. Откуда я знаю, кто мне ее пел?

– Я просто пою ее иногда, если надо успокоиться. Может, кто-то из воспитателей детского дома пел ее нам.

– А кто-то из ваших сокамерниц по детскому дому тоже пел эту песню? – не отставал Декан.

– Кажется, нет, – задумалась я.