Проклятие любить. Фантазии, романтика, пара навсегда

Сползла с кровати, натягивая халат, пошла открывать.

– Добрый вечер, ты еще спишь? О, Великая Тьма что с тобой? – удивленно глядя на меня, спросила Кассандра Линден.

Вот уж не ожидала, увидеть ее у себя в комнате. Я чувствовала, что Кассандра сильно нервничает и боится. Решила узнать, зачем ее принесло.

– Добрый вечер, вчера выдалась трудная ночь, заходи, – впустила ее к себе.

– Я пришла извиниться, за свое поведение. Понимаешь, Джексон он такой классный! – с порога и с восхищением сказала Кассандра. – Он ведь первый у меня был, поэтому я и веду себя как дура в его присутствии, – грустно добавила девушка.

Я предложила ей присесть на кресло.

– Кассандра, тебе уже говорили. Мы с Генри друзья, он мой Наставник и не больше. Мне абсолютно все равно с кем у него очередной роман. Зачем ты унижаешься и бегаешь за ним? Ему же плевать… Насильно мил не будешь.

– Я знаю Ирен, знаю, но я люблю его. Ищу любые способы быть с ним, пусть даже ненадолго.

– У тебя Генри как навязчивая идея, может это не любовь, ты злишься, что не можешь отомстить за поруганную честь?

Кассандра вспыхнула, похоже, я попала в точку.

– Я принесла нам сок и пирожные, выпить за примирение. Может, мы с тобой сможем подружиться, и я буду больше времени проводить рядом с ним? – предложила Кассандра.

Звучало разумно. Захочет ли Генри и будет ли он теперь проводить со мной время. Я пошла в ванную, умыться, оставляя двери открытой, по пути показывая Кассандре, где у меня посуда. Видок у меня был еще тот, прокусанная губа, опухшие глаза, заснуть я смогла не сразу.

– Кассандра, я ведь могу и не остаться тут учиться, так что ты зря беспокоишься. Мне еще собеседование проходить, а Декан сказал, что я его провалю, а если он это сказал, то врядли у меня есть шанс.

– Да, лорд Зейнц строгий! – согласилась она, – Ну хоть позавтракай со мной, не пропадать же пирожным и потом, а вдруг ты останешься. Давай поговорим спокойно, познакомимся, я помогу тебе с собеседованием, чем смогу.

Кассандра была сама вежливость и доброта, но что-то меня настораживало. Она нервничала, сильнее, чем может нервничать ревнивая девушка. Я села в кресло напротив нее, и увидела аппетитные фруктовые корзиночки и разлитый по стаканам яблочный сок.

Кассандра взяла свой бокал и сказала тост:

– За любовь и дружбу! – протянула его ко мне.

Я взяла свой бокал, чокнулась с ней и сделала два глотка из вежливости.