Прокляни меня любовью

Дура!

– Вы прекрасно выглядите, – сказала одна из девушек.

– Продажно, да, – усмехнулась я. – Надеюсь, ваш хозяин возьмет хорошую цену.

Девушки не ответили. Учитывая сумму долга моего возлюбленного, я действительно стоила дорого. Интересно, зачем кому-то выкладывать такую сумму за незнакомую девушку? Не девственницу, не магичку. Самую обычную меня. Может, он садист? Маньяк? Стало страшно. Комок застрял в горле.

– Пора, дорогая! – Распахнулись двери, и Ральф вихрем ворвался в комнату. – О, да ты великолепна, милая! Ему понравится.

Мне не хотелось кому-то нравиться. Хотелось лечь и превратиться в ничто. Уснуть. Навсегда. Только бы эта пытка закончилась. Но вместо этого я пошла за Ральфом, понимая, как успела возненавидеть этого мужчину. Что ж, запишу его имя в черный список. Рядом с именем теперь уже бывшего жениха. Жаль, фамилии не знаю. А спрошу – не так поймет.

Дверь открылась, и меня ввели в комнату, которая никак не вязалась с понятием «бордель». Очень светлая большая гостиная. Дорогая мебель, из лучшего в городе салона – я узнала клеймо мастера.

Зато другого человека в комнате я заметила не сразу. Он стоял ко мне спиной – смотрел в окно и из-за светлого костюма затерялся на фоне занавесок. Широкоплечий, темноволосый. Вот и все, что можно было сказать.

– Эберт, знакомься, это Элис, – заговорил Ральф, и мужчина обернулся.

Он был достаточно молод – около тридцати, не больше. Вот только лицо казалось неживым, будто кто-то изобразил его на холсте, да так и не вдохнул в творение жизнь. Высокие скулы, прямой нос, идеальный изгиб губ. А когда Эберт взглянул на меня, я поняла, что дела плохи. Так смотрят не на женщину, а на падаль под ногами. С презрением, ненавистью. Тогда зачем я ему?

– Здравствуйте, Элис. – Голос оказался под стать лицу. Холодный, невыразительный.

Имя показалось знакомым, но сейчас я не могла думать о том, где же его слышала. Руки и ноги немели. На смену равнодушию пришел страх. Он окутывал тело покрывалом, мешая дышать.

– Элис Блейн, – представилась я запоздало, даже не пытаясь ему понравиться. Но Скайдену, кажется, было все равно. Он изучал меня – пристально, придирчиво. И в то же время – не как мужчина, готова была поклясться.

– Ну, так как, Эберт? – поинтересовался Ральф.