Чудовище в Академии

А женщина, которая быстро собирается на бал, – вообще нечто из области недоступного волшебства.

– Зато ты небрежно повязал шейный платок, – Милли потянулась исправлять мои огрехи. – И почему опять мантия? Неужели нельзя хоть на вечер забыть о том, что ты ректор?

– Ни на вечер, ни на час, – я изловчился, обнял ее и поцеловал.

– Перестань, – Милли вырвалась из объятий. – Платье помнешь. Все дамы будут на высоте, одна я как растрепа.

– Тебе это не грозит, – ответил ей. – С тобой мало кто может сравниться. Смотри, скоро Кэрри перестанет тебя приглашать.

– Кэрри нужно внимание мужа, а не всего двора, – вздохнула Милли. – Но, видимо, такая у нас судьба – быть в вашей тени.

– Кто бы говорил, – усмехнулся я. – Тебя студенты боятся больше, чем меня.

– Потому что я строже.

Да уж, строже – это точно. Я был главным в учебном корпусе, а вот в общежитии порядки устанавливала Милия. И горе тому, кто решал нарушить устои. Работа на кухне провинившимся казалась желанной наградой.

Мне повезло с невестой.

Чем дольше мы жили вместе, тем сильнее я это осознавал. Поначалу боялся, что вскоре так наскучим друг другу, что смотреть один на другого не сможем. Но был не прав. Наоборот, сейчас я не мог представить жизни без нее. Словно она всегда была рядом. Милли стала для меня возлюбленной, помощницей, соратницей во всех делах. Поэтому я терпел ее мелкие капризы и частые опоздания. Какой смысл ссориться из-за пустяков?

Вдали показались стены Ладема. Стражники на воротах заглянули в экипаж, пожелали хорошего вечера и беспрепятственно пропустили нас в город.

Честно говоря, у меня не было ни малейшего желания ехать на бал в честь Дня урожая. Я ненавидел светские мероприятия. Умирал со скуки, стоило переступить порог дворца крона. Но и не приехать не мог. Потому что знал – меня ждет Кэрри. Именно она каждый раз присылала нам приглашения. Мы с Милли вздыхали, оставляли привычный мирок и выбирались во дворец.

– Столько дел, а придется весь вечер улыбаться каким-то дерам и даннам, – сказал я Милии.

 – Тьма.

– Тебе полезно отдохнуть, – пожала она плечами.

– Это не отдых, это мука. Больше часа там не останусь.

– Посмотрим. В прошлый раз домой вернулись за полночь.

– Да, потому что этот ларабанский осел, который именуется послом, весь вечер от тебя не отходил. Я еле сдержался, чтобы не устроить международный скандал.

– Это не помешало тебе отрастить ему хвост, когда мы уходили, – тихо засмеялась Милли.

– Он даже не заметил.