Автостопом до алтайского яка

– Азамат, заметь, вот с советского времени все мужички отличные, да? – хвалит своё поколение Игорь.

– Да-да, братан! Советское воспитание! – уверенно поддакивает Азамат, кивая головой. – Они знают, как с молодыми разговаривать, как себя вести надо. В то время, знаешь вот подумал, воспитание какое было? Как вот нас воспитывали? Говорили: «Если старше – надо уважать». Всё! Понимаешь? Если младше, то он тебя уважает, как младшего. А сейчас посмотри у молодежи, даже уважения ведь нету! Вот, например, я при старших даже пытаюсь не пить.

Курить-то ладно, Бог с ним, уже совести нету. Совесть-то прокурил, всё. А вот пить нельзя – нас так учили. Счас, посмотри молодёжь: пофигу! Взрослый мужик, ему уже лет под пятьдесят, а они с ним на «ты» начинают! Дядя-матя там… Тётя… Недоделанные какие-то, как свистулька без дырки! Головное мышление напрочь отсутствует! Одно двоеглазие!

Я тихо посмеиваюсь от его выражений.

– Да-да, счас молодёжь… Ни уважения, ни субординации нет. Если человек старше, я прислушиваюсь к нему, … (сокр.

от «проститутка»), – подтверждает Игорь.

В ходе беседы догоняем ещё одну фуру и обгоняем её, а Игорь идёт сзади:

– Я следом иду, да? – уточняет он безопасность, потому что из-за нас ему ничего не видно.

– Давай, давай – чисто впереди, никого нет, – отвечает Азамат, – только перекати-поле катаются туда-сюда.

– Пусть катаются, – добродушно говорит Игорь низким прокуренным голосом.

Дорогу действительно перебегают шары перекати-поля: какие-то побольше, какие-то поменьше резво бегут они, вприпрыжку выскакивая из неглубокой придорожной канавы, идущей справа и шустро исчезая в канаве слева.

Некоторые попадают под колёса, теряют способность катиться и лежат потом на асфальте, бочком, а проезжающие следом машины колёсами крошат их в летящую пыль.

– Я в прошлый рейс на саранчу нарвался, … (проститутка). Где я нарвался? У Актау. Вся машина в саранче, … (проститутка). Окна открыть не могу: воняет, … (проститутка), … (опять колоссальное фиаско)! – Азамат смеётся.

– Да-да. Я в позапрошлом году этой дорогой ходил, на Воронеж таскал трубы пластиковые на … (пенис), – Игорь говорит не спеша, взвешивая каждое слово. – Сначала она ещё на асфальте сидела. … (Пенис), полосы эти красные … (ещё одно колоссальное фиаско). Потихоньку по ним надо, а то нырнёшь, улетишь сразу нах. А потом она на крыло поднялась. Ё-моё!.. Главное, здесь едешь – птички не подлетают. Я в Костанайскую зашёл, на Денисовке встал там… перекусить.