Храм Мортис: Посланница Преисподней

Скелет эльфа затрясся, словно под его ногами пол заходил ходуном.

– Н-нет… – раздался сдавленный хрип.

Эет, не меняя позы, молчаливо ждал.

Таривил упал на колени, и всё пространство заполнил его жуткий вой – живое существо не могло бы издавать таких звуков.

Вирлисс заткнул уши руками.

– Прикажи ему терпеть молча, а? – взмолился вампир. – Я слышать этого не могу!

Эет не ответил. Он просто невозмутимо стоял и смотрел на дёргавшийся у их ног скелет: Таривил рухнул на пол и бился в конвульсиях, лязгая всеми костями.

– Я отменяю приказ, – наконец негромко произнёс лич.

Таривил лежал без движения. Свет в его глазницах потух.

– Он ещё… – Вирлисс запнулся, – жив? То есть…

– Да, – коротко бросил некромант. – Просто без сознания.

– Ты не сильно… его?

– Он сам меня попросил.

– Я поражаюсь, почему он вообще смог сопротивляться?

– Потому что при жизни был магом, – пожал плечами Эет.

– Но ведь противиться Заклятью Подчинения могут только бывшие некроманты… – неуверенно возразил вампир.

– Значит, перед нами опровержение этой гипотезы, – невозмутимо констатировал лич.

Вирлисс покачал головой.

– Ну, у тебя и нервы… Я бы минут пять назад приказ отменил!

– По-моему, ты бы приказал терпеть молча, – суховато бросил хранитель Храма.

– Ты что, рехнулся? – Вирлисс ошеломлённо уставился на друга. – Это я при нём так сказал! Думал, может, он испугается и выдаст тебе эти клятые параметры… А ты что же… решил… что я всерьёз?.

– Прости, – потупился Эет. – Просто… Я знаю, что значит сопротивляться Заклятью Подчинения. И вот так выть я себе позволял только в бессознательном состоянии. В сознательном контролировать себя можно, хотя и тяжело.

Вирлисс смотрел на Эета огромными глазами и потрясённо молчал.

– Это… когда я парней в Храм приволок? – быстро спросил вдруг он.

– До обещания Гими не лезть куда нельзя, – кивнул Эет. – Забей!

Вир коротко выругался сквозь зубы.

– Забей, – с нажимом повторил Эет. – У тебя не было выбора, Вир. А со мной, в конце концов, ничего не случилось. Так что все эти выступления, – он носком сапога потыкал бессознательные кости Таривила, – мало меня волнуют.

Вирлисс только головой покачал.

– Эй, – присел он на корточки над Таривилом. – Самое совершенное существо, – он похлопал скелет по челюстям. – Вставай давай.

– Вир, оставь его, – невозмутимо попросил лич.