Любовь и пустота. Мистический любовный роман

– У твоей сестры любовь? – спросила на ходу Ленка по дороге из школы.

– Откуда ты взяла? – попробовала отбиться я.

– Да все знают, – добавила Людка, шагавшая с другой стороны.

– У нее будет несчастная любовь – таково проклятие, – припечатала Ленка.

– Какое такое проклятие? – возмутилась я и убыстрила шаг. – Не хочу больше слушать эту ерунду!

Они все время придумывали какую-нибудь чушь. Лишь бы мне досадить! Так было всегда. Не буду воспринимать их серьезно.

– Бабка сама рассказывала мне, как она ходила к колдунье-е-е! – донеслось мне вслед.

Была глубокая осень. Сильный ветер дул мне в лицо, кроны сосен клонились из стороны в сторону. Когда я добежала до Марьянки и Феклы, казалось, что они что-то пытались мне сказать. Шум ли, наклонившиеся ветки или упавшая на меня пара иголок принесли мне такое ощущение… Но ветер гудел и перебивал голос сосен. Я пыталась, но не могла услышать. Ураган усиливался, небо темнело. Первые тяжелые капли дождя почувствовались, когда я поднималась по ступенькам крыльца.

Успела! Затворила за собой дверь – и дождь обрушился сплошной стеной.

– Ты не промокла? – спросила сестра. – Проходи и садись пить чай.

– Слушай, а как звали Ленкину бабушку? – не отвечая на ее вопрос, скороговоркой пробормотала я.

– Зина, – автоматически произнесла она.

Я ахнула.

– Это та самая Зина, которая ходила к колдунье, когда баба Глаша вышла замуж за деда?

– Ага, та самая.

И вдруг она подняла голову и строго посмотрела на меня:

– Даш, ты уже большая девочка.

Ты же не веришь во всю эту чепуху, не правда ли? Люди говорят, Зинка сама еще в молодости признала, что зря ходила. И что выбросила деньги на ветер! Ничего не получилось, ровным счетом ничего! Ведь бабушка была счастлива! Они с дедом любили друг друга всю жизнь. Ну правда же? Выброси из головы эту ерунду.

– Это ничего не доказывает! – не унималась я. – Ведь мы не знаем, в чем именно заключалось колдовство!

– Да кто ж теперь скажет-то! – вздохнула она. – Баба Зина-то давно уж сама отправилась в мир иной.

Ночью мне приснился кошмарный сон. Будто я вхожу в дом, а там на столе, как и положено, стоит гроб. Все так, как было на бабушкиных похоронах. Подхожу к гробу – а там лежит не бабушка. Мать! Голая. На левой груди – нет, не родинка, а дырка от огнестрельного ранения. «Что это? Она ведь пустила себе пулю в рот», – с трудом вспоминаю я во сне. Вдруг эта фиолетово-черная, с запекшейся кровью дырка начинает на глазах увеличиваться в размерах.