Бенериб – сладкая сердцем

– Это тело принадлежит высокородной Имаи, дочери почившего Имандеса, – чуть помедлив сообщила она. – Сегодня ее должны были казнить за измену царю, чьей невестой с самого своего рождения она являлась. Я спасла ее от вечных мучений, вынула все Души, осталась лишь Хат, бренная оболочка. Я точно знаю! – Хекау гаркнула так, что Ия вздрогнула. – Так еще было вчера, – уже чуть тише продолжила старуха. – Но сегодня я вижу, души вновь наполняют это тело.

– Могу вас заверить, – Ия приложила руку к сердцу, но в голосе звучала ирония.

Хекау взглянула исподлобья, ухмыльнулась:

– Уверена?

Ия пожала плечами. Что спорить с сумасшедшей.

– Тогда встань и посмотри, – хозяйка поманила ее рукой. – Иди, – она подвела Ию к стене, где находилось вмонтированное прямо в камень овальное бронзовое зеркало. Подобные ему, девушка видела в музее. Ия взглянула в зеркало и обомлела. Поверхность металла была отполирована до блеска, так, что в ней отлично отражалось окружающее пространство и… прекрасное молодое лицо.

Девушка дотронулась до изуродованной щеки, и отражение повторило этот жест. Но там, в зеркальном мире никакого шрама не было и в помине.

– Это я? – она не могла поверить в происходящее. – Не может быть! – взгляд ее метнулся к покалеченной ноге. Ия приподняла подол балахона и в немом восторге уставилась на свою ступню. Протеза не было! Она стояла босиком, на полу, застеленном тростником, и ощущала его подошвами ног, правой и левой, как в детстве, еще до аварии.

В глазах потемнело. Нет, это не старуха сумасшедшая. Это она, Ия сходит с ума.

– Ну, ну, – Хекау почувствовала ее состояние, придержала, подставила жесткий локоть. – Иди, приляг, – она довела девушку до лавки, уложила и накрыла тонкой циновкой. – Поспи немного, – ее рука успокоительно-ободряюще похлопала по спине. Ия закрыла глаза, но воспаленный мозг не желал мириться с происходящим.

Она слышала, как хозяйка пещеры ходит и что-то бормочет себе под нос. Потом потянуло благовониями. Приятный аромат защекотал ноздри, проник в легкие.

– Спи, спи, а я пока помолюсь Владычице.

Глава 5

– Я молюсь матери владыки богов, а она видит на престоле Гора, его величество, страх пред которым до круга земли, предел могущества которого – четыре угла неба, время которого – как у неба, жизнь – как у солнечного диска, число лет царствования – как пески берега моря.