Второй шанс

Сварова оживленно что – то выговаривала Мише громким голосом, а он смотрел себе под ноги и молча, кивая головой.

Когда до них оставалось метра три, Сварова умолкла, и тоже остановилась, с ужасом глядя на Таниного спутника.

Владилен бросил Танину руку и, замахнувшись тяжелой тростью, пошел на Настю. Миша преградил ему путь, но старик махал и махал своей палкой, пока у него не кончились силы и он не упал на дорожку.

Не понимая, что происходит, Таня стала вызывать скорую помощь, продолжая поддерживать голову Владилена, которая болталась у него из стороны в сторону, как у младенца.

– Да, что же это? Что случилось? – чуть не плача причитала Таня.

Она подняла глаза – на дорожке остался стоять один Миша, – Сварова растворилась, исчезла, словно ее и не было вовсе.

– Где она? – прохрипел Владилен Львович, когда суровая крепкая тетка в белом халате сделала ему укол.

Старика перенесли в дом Пупсоевых и уложили на большой диван в холле. За все время Миша не произнес ни одного слова и даже ни разу не посмотрел на Таню, хотя она пыталась поймать его взгляд.

– О ком речь, мужчина? – прокуренным голосом спросила врачиха.

– Где это исчадье ада? Ее надо поймать, пока она снова не причинила людям вред.

– Я думала, сначала свет люди видят, а этот несчастный сразу чертей узрел. Видать здорово нагрешил за свою жизнь, – тетка складывала в сумку свои нехитрые медицинские препараты, тонометр.

– Я про Анастасию спрашиваю. Мужчина, вы же с ней были? – перевел он суровый взгляд на Мишу.

– Владилен Львович, это Миша, мой муж, бывший, – тихо прокомментировала Таня.

– Тогда мне все понятно! – откинул голову на подушку старик.

– Что? Что вам понятно?

– Кто попытался разбить вашу жизнь, Танечка. Откуда все ваши странные встречи, цветы, фотографии… – ее рук дело. Это ведь она меня семьи лишила и чуть не забрала жизнь. Это мой рыжий дьявол сейчас шел по вашему поселку. Теперь ей понадобился ваш муж. Она еще не предлагала вам уехать в теплые страны? – спросил он у растерявшегося Пупсоева.

– Ну, да. Мы планировали уехать, – кивнул своей лысой головой Михаил.

Щеки у него как – то осунулись, и весь он был словно сдувшийся мячик. Форма еще прослеживалась, но объема уже не было. От этого весь вид был, какой – то жалкий, потухший, несолидный.

– Вы в больницу поедете? – закурила врач, даже не спросив разрешения.

– Да– да, пожалуйста, его надо в больницу. У него такой стресс сильный был. – Спохватилась Татьяна. – Я с вами поеду.