Рыцари без доспехов

Лиза остановилась, пытаясь отыскать сходства братьев. Что – то неуловимое все же между ними было, но что?..

Секретарь принесла на подносе стакан и бутылку минеральной воды. Лиза, измученная жаждой, слежкой и жарким днем, открыла бутылку, вылила ее в высокий стакан и почти залпом его осушила. И только тогда подняла глаза на сидящего в кабинете. За ней внимательно наблюдали, откинувшись на спинку стула.

– Вика! – Вдруг крикнул хозяин кабинета.

Тут же на пороге оказалась Вика. Без очков глаза ее были не такие прекрасные, как у Бэмби, но тоже красивые, слегка раскосые.

– Да, Константин Яковлевич, что – то случилось?

– Яков Константинович у себя? Он не занят?

– Сейчас узнаю,– кивнула Вика и исчезла. – Вас ждут,– сообщила она через секунду.

Константин Яковлевич, крякнул и вытащил свое тело из удобного кресла. Ростом он был невысок, но не так полон, как показалось Лизе сначала.

– Пойдемте со мной,– любезно пригласил ее адвокат.

И снова они шли по длинному коридору мимо солидных дверей.

Здесь приемная была много больше предыдущей, и в ней находились две девушки в одинаковых белых блузках и юбках. При виде Константина они встали и улыбнулись дежурными улыбками.

– Вас ожидают,– пропела одна девица.

– В кабинете за большим столом сидел сам Чернов, как две капли воды похожий на своего сына Константина. Точнее это сын был его полной копией. И ничего красавцу Герману от него не передалось.

– Вот, отец, я тебя уже неоднократно предупреждал, что ничего путнего из нашего красавца не получится. И не надо его отправлять на работу с людьми. Пусть сидит, перебирает бумажки. Во всяком случае, от него там меньше вреда, хотя и там он не преуспел.

Лиза стояла в сторонке, чувствуя, как желудок, наполненный водой, начинает свои тихие заунывные песни.

– Костя, объясни толком, что на этот раз,– поморщился Чернов старший.

– А вот нам сейчас эта прекрасная девушка объяснит. Правда, девушка? Расскажите нам кто вы и откуда и с какой жалобой пришли на нашего партнера. – При этом Константин сел на стул, рядом со столом отца и весело поглядывал на Лизу, очевидно, в предвкушении развлечений.

– Я Лиза. Елизавета Артемьева. Но я пришла не с жалобой, вы ошиблись,– повернулась она к Константину. – У нас сегодня был Герман Яковлевич.