Мандарин на снегу

Но в середине июля, ранним воскресным утром, раздался звонок в дверь. На пороге стояли мама с братом и моя жизнь вновь изменилась.

Ваньку я видела три или четыре раза в своей жизни. Росли мы порознь и нежных чувств друг к другу не питали. Братец перерос маму на целую голову, стал широк в плечах и статен, только выражение его лица осталось, как на детских фотографиях – недовольным и угрюмым. Мама с годами почти не менялась: те же выбеленные перекисью волосы, яркая помада, ну, может, талия стала чуть шире.

– Ну, что ж совсем неплохо для одинокого человека, – она придирчиво разглядывала квартиру. – А зачем ты притащила сюда этого монстра? – всплеснула она руками, обнаружив в кухне старинный буфет красного дерева.

– Это любимый бабушкин буфет. Она говорила, что помнит его еще из своего детства.

– Глупость, какая! Кухня небольшая, а тут этот гроб! Больше взять было нечего? Кстати, а та мамина брошь с сапфиром у тебя сохранилась?

– Конечно! Бабушка так ее любила, это же был подарок ее отца и…

– Я возьму ее на память о маме! – Она смахнула невидимую слезу.

Мне не дали договорить, что эту брошку бабушка уже подарила мне.

– Ну, что, Ванечка, нравится жилье? – Ласково обратилась мама к брату.

– Не особо, – скривился братец. – Где тут театры, где музеи? Невы, опять же на горизонте не наблюдается. Ты же говорила, что я в культурной столице жить буду.

– Ой, – весело рассмеялась мама, – как я люблю его шутки! Как я ценю в людях чувство юмора! Учись, Татьяна, у своего младшего брата.

– Мама, вы б написали мне о приезде, я билеты в театр взяла бы.

– Пока нам с Ванечкой не до театров. Поступление в институт – вещь серьезная! Отец твой, как всегда в делах и на хозяйстве. На даче такой урожай! Черешню просто в землю закапывали, абрикосы соседям раздавали, сейчас вишней все усыпано.

– Я колбасу люблю и бананы, – хмыкнул из угла братишка.

Он уже нашел мой профессиональный чемоданчик и с интересом разглядывал его содержимое.

– Ваня, не надо это трогать, это бабушкин рабочий!

– Что и посмотреть нельзя? – на меня взглянули наглые серые глаза.

– Ты попроси, я тебе сама все покажу.

– А мама сказала, что это и моя квартира тоже! А раз моя, то, что хочу, то и беру.