Час совы

А что это мы будем пить?

– Мой фирменный, вам должно понравиться.

– М-м-м, вкусно как? Только, кажется, крепко очень. – Люся с сомнением посмотрела на янтарную жидкость.

– Пей, Манюша, донесу, если что.

– Все, – поднялась Лиза, – поехали. Ресторан закрывается по техническим причинам, – крикнула она, – просьба освободить помещение.

Два посетителя вскинули головы, задвигали стульями, но уходить не торопились.

– Коль, проводи их. Мы едем ко мне.

Николай подошел к мужикам и стал что – то тихо им нашептывать.

А с Людмилой творилось что – то странное. Голова ее кружилась, ноги перестали слушать мозг, они сделались ватными. Встать со стула удалось с большим трудом.

– Кажется, я пьяная, – проворчала Люся. – Мне больше не наливать.

– Сейчас на воздух выйдем, легче станет. Все – таки, ты, Николя, должен к девушкам осторожнее подходить со своими коктейлями. Видишь, одна уже готова. Так к нам девчонки ходить перестанут.

– Да это я просто со своими пропажами пару ночей плохо спала, – оправдывала друга Людмила.

Николай погрузил подруг в свою машину и медленно покатил по заснеженному белому городу. Белым было все вокруг: дома, машины, светофоры, деревья, малочисленные торопливые прохожие. На улицах было пусто. Только редкие автомобили осторожно двигались по пустынным дорогам.

– Красота, какая! – восхитилась Люська. – Пусть бы сейчас снова был Новый год, и я бы загадала желание, – заскулила она.

– Кто тебе не дает, загадывай сейчас.

– Сейчас я уже этого не хочу. Сейчас я знаю, что он предатель.

Николай подъехал к Люськиному подъезду, но Лизавета не позволила ей выйти из машины.

– Мы едем ко мне, это не обсуждается. Ее сейчас нельзя оставлять в одиночестве. А завтра утром пойдет в свой бассейн. От меня даже ближе будет.

Николай, вздохнув, развернул машину в другую сторону.

Люська в обсуждении участия не принимала. Глаза ее закрывались, голова падала на грудь не в силах держать вертикальное положение, как ни пыталась Людмила бороться со сном, но сон уверенно одерживал победу.

В квартиру Лизы Николай внес Люську на руках.

– И что с ней такое? Видно, и, правда, переживания отняли у нее все силы.

* * *

Ночью Люська проснулась. Пару минут она с удивлением разглядывала большую хрустальную люстру, картину на белой стене. Наконец, воспоминания прошедшего вечера все расставили по местам. Она в порядке. У Лизы. Жива.