Тайна «Красной Москвы»

Он знает мой любимый сорт шоколада и то, что зимой у меня дико мерзнут руки и ноги. И если только сейчас я скачусь в жаркую лавину другого тела – я больше уже никогда не смогу сидеть на кухне в его рубашке и болтать всякие глупости.

На следующий день политик разбился на машине. Мне хочется думать, что это просто стечение обстоятельств, что он не запивал горечь отказа алкоголем, или что если все-таки пил – то я тут совершенно ни при чем.

«Ле фу д’Иссей» для меня – очень странный запах, сладкий, горький, запах страсти и смерти…

Парфюмер не сдавался:

– А может, вам купить «Этру» от Этро? Они отличаются по пирамиде, но схожи на обонятельном уровне.

А мы с вами придумаем что-нибудь лично для вас? Мне кажется, это хорошая идея.

Я покачала головой.

Не пущу в свою душу этого странного дядьку. По крайней мере, пока он не станет для меня полностью понятным, как для него понятны все тайны ароматов.

– Я искала аналог «Ле фу», и у меня есть «Этра». Да, похожи. Но «етра» идет в концентрации туалетки, а я хочу парфюмированную воду.

Мне нравится, когда аромат стойкий и густой.

– Хорошо, как вам будет угодно. Это ваше право.

Орехов пытался говорить равнодушно, но лицо у него было как у обиженного ребенка. Моя Даринка так же надувает губы, когда я не разрешаю ей поглотить вторую порцию мороженого подряд.

– Может, вам стали известны какие-то новые подробности об убийстве вашего лаборанта? – интересуюсь я, делая вид, что не замечаю вселенской обиды.

– Я уточнил у следователя, можно ли сделать уборку в мастерской.

Следователь разрешил. Позвонил уборщице, она прибралась. Ковер лежит в кладовке. Попросили пока не сдавать его в химчистку.

Парфюмер говорил короткими предложениями и с такими недовольными интонациями, что мне стало понятно: пора убираться восвояси.

И тогда я решила сделать то, ради чего, собственно говоря, и пришла. Открыла сумку и протянула Орехову конверт.

– Ах да, чуть не забыла. Когда я к вам поднималась, почтальон хотела опустить в ящик с номером вашей квартиры письмо.

И я его забрала. Когда жила в городе – у меня всегда хулиганы из ящика почту тырили. – Я поднялась с дивана и постаралась беззаботно улыбнуться. – Хотя кто сейчас письма-то от руки пишет? Наверное, опять реклама. Такое украдут – невелика потеря.

Орехов взял конверт, равнодушно посмотрел на него, положил на столик рядом с использованными блоттерами.

– Я вас провожу. Ваш аромат будет готов дней через десять.