Копье Судьбы

Это, конечно, не Отто, который целыми днями возле ателье прохаживается! Вот за фюрера, пожалуй, можно выйти замуж. Он, правда, как-то сказал:

– Я женат на Германии.

Но это, конечно, шутка. Не с Германией же он ходит в оперу и кино, сидит за столиком кафе! Кстати, о кафе. Следить за фигурой рядом с фюрером нет никакой возможности. Обожает пирожные с жирным кремом, может съесть пять штук за вечер. И требует, чтобы все вокруг тоже поглощали сладкое. Как тут избавишься от животика и пухлых щек…

Мелодичный звук колокольчика испугал Еву.

Гофман? А работа еще не готова, сейчас посыплются упреки!

Но в ту же секунду она с облегчением вздохнула. Посетитель. Не начальник. Очень хорошо!

Пулей выскочила из-за скучной трескучей машинки.

– Желаете сфотографироваться? – Ева оценивающе прищурила голубые глаза. Пожалуй, посетителя можно снимать и в профиль, и анфас: правильные волевые черты, выразительный взгляд, твердый подбородок. – Вы можете посмотреть альбом с образцами, выбрать фон и размер!

– Мне нужно с вами побеседовать.

Незнакомец говорил спокойным, низким, приятным голосом. Но в его взгляде появилось что-то такое, отчего радостное настроение как рукой сняло. И предчувствие беды сдавило грудь.

– Взгляните, это Гели.

Он протянул небольшой снимок. С него натянуто улыбалась полная брюнетка.

«Надо было по-другому выставить свет, – подумала Ева, изучая изображение. – Тогда лицо выглядело бы не таким массивным».

– Это Гели, племянница Адольфа Гитлера, – уточнил мужчина. – А вы меня разве не узнали? Один раз я подвозил вас домой, я – водитель.

Ева развела руками. Обычно Ади никогда не предлагал ей воспользоваться его «Мерседесом», который уже знает, кажется, полгорода. Только однажды, поздним зябким вечером, когда шел сильный дождь, фюрер разрешил добраться на автомобиле до соседней с ее домом улицы. Черный лак, сверкающие серебряные ручки, веточка жасмина в вазочке, плотный кожаный верх, в который звонко барабанили капли, – глаза разбегались, где уж тут запомнить лицо шофера.

– Меня зовут Эмиль Морис. Фюрер часто говорил, что хочет выдать племянницу замуж за достойного мужчину. Я много работаю, получу хорошее наследство, горячо поддерживаю национал-социалистическую партию. И люблю Гели больше жизни, наши чувства взаимны, и…

Приоткрыв от любопытства рот, с пылающими щеками слушала Ева водителя Гитлера.