Перекрёсток

Арда даже пыталась иногда возражать, настолько негуманными казались ей некоторые заклинания – но Стелла была неумолима. А Нейту, кажется, было вообще всё равно. Он не жаловался ни на боль, ни на слабость, хотя и того, и другого было явно в избытке.

Феликс взял на себя львиную долю работы по лагерю, освободив своих спутников почти ото всех походных обязанностей. А когда не был занят, всё время о чем-то думал, иногда только прерывая размышления беседами с Нейтом.

Меньше всех была занята Арда, чему втайне радовалась – она бы вряд ли сейчас смогла стать приятной компанией.

Кошмары теперь снились каждую ночь. А жарко было настолько, что казалось – засунь она ладонь в костер, ничего бы не почувствовала. Все её силы уходили на то, чтобы ненароком кого-нибудь не поджечь.

А потом на горизонте появился всадник.

Поначалу они почти не обратили на него внимания. Только Феликс привычно вглядывался, пытаясь понять, представляет ли эта встреча опасность.

Но чем ближе подъезжал всадник, тем мрачнее становился гвардеец.

– Офицер Венсо? Всё нормально? Он, кажется, не похож на разбойника.

– Уж лучше бы это был разбойник, – едва слышно сквозь зубы сказал Феликс. И, уже громче – леди Арда, леди Стелла, позвольте вам представить моего напарника – офицера Курта Долетто.

– Нелегко же тебя найти, Венсо. По моим подсчетам ты должен быть уже гораздо ближе к цели.

– Меня не предупредили, что направят подмогу, – мрачно сказал Феликс.

– Ну а ты как думал. Твой заморыш теперь ценный свидетель, а ещё – маги Цитадели не должны путешествовать без охраны.

– Вообще-то, мы и сами кого угодно можем охранять, – возмутилась Арда. Она не очень понимала почему, но прибывший гвардеец как-то ей сразу не понравился.

– Может и можете, – пожал плечами Курт, – но это не по правилам.

Арда возмутилась и ответила, что она сама вправе решать, где ей ехать. Завязывалась ссора. Феликс вздохнул. Вспомнить, где в Уставе было описано что-то подобное, он не мог – но ни за что бы в этом не признался.

Дальнейшая дорога обещала быть очень, очень долгой.

***

До штурма оставалось всего два дня.