Настроение жить

Внимательный наблюдатель заметил бы, что на многих папках название было не напечатано, а написано чернилами от руки.

Но Валентина не читала названия. Она удивлялась своим ощущениям. Многие флаконы при её приближении начинали пульсировать и едва слышно звенеть. Ей становилось то тепло, то радостно, то грустно. Она недоумённо посмотрела на владельца этой необычной коллекции, а он улыбнулся ей в ответ.

– Это – моя гордость. Здесь тысячи идей, которые их владельцы посчитали ненужными. Ненужными настолько, что готовы были заплатить, лишь бы с ними расстаться.

Мне нравится ваша решительность. Вообще-то я не возвращаю идеи, мы обязаны вернуть лишь деньги. Но я уже понял, зачем вы сюда пришли. И хочу сделать вам подарок. Вы можете вернуть свою идею, если сможете услышать её зов – или взять любую другую. Здесь много куда более подходящих вам, которые ещё не поздно реализовать.

Валентина смотрела на него, как зачарованная.

Многообразие идей поражало. От простеньких «похудеть к лету», «выучить английский» и «прыгнуть с парашютом» до замысловатых «открыть древнюю пещеру», «поплавать с китовой акулой», «найти клад». Валентина вздрогнула, прочитав надписи «воспитать великого хоккеиста», «сделать из дочери талантливую балерину».

Были и совсем гадкие идеи. Они отличались по виду, были не голубоватыми, а мутно-тёмными, и не пульсировали, а наоборот, будто поглощали энергию вокруг себя: «развести сына с невесткой», «вынудить соседей переехать».

Почему люди избавлялись от таких идей, она понять вполне могла. Но всё же, большинство полок занимали прекрасные мечты, которые могли сделать любую жизнь в разы насыщенней и счастливее. Даже просто проходя мимо них, Валентина чувствовала, как сердце начинает биться быстрее, а внутри разрастается приятное волнение.

Услышав сзади деликатное покашливание, она вздрогнула и засуетилась.

Где же ей искать?

Немного пометавшись среди бесконечных стеллажей, она заставила себя остановиться. Закрыла глаза, прислушалась.

И пошла навстречу горько-сладкому ощущению, давно забытому, но такому родному.

Вот оно!

Флакон внешне ничем не отличался от остальных. Но даже не читая надпись на папке, она была точно уверена: это – её. Протянув руку, она вдруг замешкалась.