Эмпаты

Вы должны с достоинством принять все тяготы обучения и полностью довериться мне, вашему командиру. Я не потерплю сомнений, проволочек и противодействия моим приказам. Если вы не готовы пойти за мной, вам нечего делать в этом отряде!»

«Надо же, – подумал Авантюрин, – и тут про какую-то войну. Такое ощущение, что я попал в прошлое, а не в другое измерение».

Эльф быстрее зашевелил пальцами. Ему наскучил длинный пафосный монолог. По предыдущему опыту, в конце воспоминания обязательно должно было случиться что-то плохое, и Авантюрин хотел узнать, что именно.

Но не успел он досмотреть до конца, как его сковал такой ужас, что книга выпала из рук. Плесень на полу проглотила томик, ничего не оставив на месте падения.

Авантюрин стоял неподвижно, борясь с приступом паники и тошноты. Он не мог даже обернуться и посмотреть, что происходит у него за спиной, отчего страх накатывал ещё сильнее.

Все кончилось внезапно. Отдышавшись и нервно оглядевшись по сторонам, эльф сердито тряхнул головой и потянулся за новым воспоминанием.

Поначалу ему показалось, что у него не получилось оживить картинку. Потом из мрака проявилась каменная стена и… пол? Потолок? Картинка немного покачивалась, не позволяя сориентироваться. Внезапно прямо перед лицом Авантюрина возникла огромная крыса. Он отпрянул и чуть было снова не выронил книгу. Впрочем, уже через минуту он именно так и сделал, отшвырнув томик и зажав рот рукой, с трудом сдерживая рвотные позывы.

Если он всё правильно понял, эта крыса пыталась объесть лицо связанному, подвешенному за ноги Василю.

Авантюрин вспомнил небольшие шрамы на щеке и подбородке особиста и согнулся пополам. Дыхание не помогало успокоиться – впускать в себя стоячий, душный воздух было почти так же противно, как погружаться в такое прошлое.

Перед следующей попыткой Авантюрин долго собирался с духом. Сделал пару кругов у стеллажа, почти ушёл в сторону, где хранились детские воспоминания. Но всё же взял себя в руки: детство тут ни при чем.

Томик оказался полон откровенных сцен. Связанную, избитую молодую женщину насиловали шестеро солдат. Поначалу она кричала и плакала, а потом только всхлипывала и скулила, когда с ней обходились особенно жёстко. Воспоминание шло от лица Василя, эльф не видел самого особиста. Понятно было только, что он не принимал участия в оргии, но всё видел.