Король мечей

Робин уже собирался попросить хозяйку разбудить гостью, но услышал, как открылась дверь дальней комнатки, отдельной каморки. Через несколько мгновений девушка показалась на лестнице. За прошедший вечер, пока Робин был в «Морских бесах», она успела где-то найти другое платье – оно было ей великовато, но зато совсем свежее и чистое.

– Доброе утро! – девушка засверкала, увидев спутника. – Доброе утро, граф. Вы что, вообще не ложились?

– Я договорился насчет корабля, нас ждут в порту через час.

– Что принести? – подошла к ним хозяйка. – Каша, хлеб, яблоки? Вчерашнее мясо?

Изабелла попросила миску каши и с улыбкой обернулась к Робину.

– Спасибо вам. Я никогда, никогда не справилась бы одна!

– Подождите, мы еще не доехали.

– Вы уже столько для меня сделали! – она подняла взгляд, зеленые глаза смотрели трогательно и беззащитно. – И я верю, что все получится и мы вот-вот уже будем в замке деда.

– Посмотрим. Шериф тоже не лыком шит. Да и господин Вексен наверняка его направит в Нормандию.

– Господин Вексен? – удивленно переспросила девушка.

– Ну, ваш отец.

– А, – улыбнулась Изабелла. – Нет-нет, Вексены – это родители моей матери, – она мотнула головой, отбрасывая назад свои изумительные каштановые кудри. – Я же рассказывала, что они были против брака матери и отца. Отец же простой торговец, хоть и очень удачливый.

– Да, помню.

– Законного брака так и не было, – девушка немного смутилась, но продолжила. – Мать и отец… они не были венчаны.

Вексены – род матери. Когда мы с Эмилией родились, дед признал нас законными наследницами, несмотря ни на что.

– Понятно.

– Так что отец – вовсе не Вексен. Да вы наверняка о нем слышали, если бывали раньше в Ноттингеме, – Изабелла снова улыбнулась. – Его зовут Зигфрид Мазер. Слышали же?

Глава четвертая

***

Несколько мгновений Робин не мог даже дышать, не то что говорить. Он смотрел на Изабеллу, пытаясь найти в ее красивом строгом лице хоть какое-то сходство с грубоватыми и тяжелыми чертами Зигфрида Мазера, но, видно, девушка унаследовала внешность матери.

Робин вспомнил то утро, когда он вломился в дом Мазера в Бирмингеме. Вспомнил, что в конюшне стояли два изящных маленьких белых мула – для двух дочерей торговца. Он не видел в тот раз девочек. Сколько им могло быть лет, если для них уже были куплены собственные мулы? Лет шесть, семь, девять? Да сколько угодно.