Горький привкус соблазна

От неожиданности она вздрогнула, флакончик выскользнул из рук, и упал, с легким стуком, а мутная жидкость растеклась по полу, заполняя кухню едким ароматом.

Решив, что это любопытная консьержка со своими соболезнованиями, она открыла дверь не глядя. На пороге с раскрытым удостоверением стоял, понуро ковыряя носком в напольную плитку, Константин Николаевич Иванов. Он уткнулся взглядом в пол. Его появление стало совершенно неожиданным для девушки, и она смотрела на него в немом изумлении. Лили не ждала его так скоро, одного и в ее квартире.

Будь он с толпой таких же дотошных, везде сующих нос служителей закона, возможно было бы проще. Слишком много осталось между ними личного и не разрешенного. Сейчас Лили, как и много лет назад, просто не нашла что сказать, молча глядя на визитера.

– Понимаю, ваше горе, Лилия Владимировна, но должен с Вами поговорить, – при этих словах он решительно внедрился в прихожую.

Лили стояла молча и держала на руках кота.

– Как- то у нас с вами не очень в моем кабинете беседа склеилась.

Я был немного… – он замялся, подбирая нужное слово, – эмм… обескуражен вашим неожиданным появлением… Если позволите, я войду? – Спросил он, уже снимая в коридоре ботинки.

– Теперь я немного обескуражена вашим появлением, – передразнила она, делая упор на слове «обескуражена». – Я могу не позволить?

– Я из вежливости спросил, Лилия, – сказал он и впервые посмотрел ей в глаза. Но взгляд выдержал не долго, постаравшись как можно скорее перевести его на снующего у ног кота.

– Как зовут? – осведомился он, чувствуя надвигающееся неловкое молчание. Он потрепал животное за мягкую шерсть.

– Не знаю, – коротко ответила Лили.

Определённые соображения на этот счёт у неё, конечно, были. Она планировала назвать кота Солнышком, за яркий окрас и теплоту, но объяснять все это не хотела. Костя оценивающе посмотрел на нее, кажется, подозревая, что у вдовы не все в порядке.

– Рыжик? – предположил мужчина.

– Да, Рыжик, – согласилась она, собираясь с мыслями и проходя в гостиную.

Она понимала всю неизбежность предстоящего допроса и морально готовилась к нему. Не исключено, что их беседа перерастает в допрос с пристрастием, который не так давно обещал ей мужчина. Лили не была к этому готова. Она была слишком подавлена и разбита. А он, казалось, наоборот, излучал оптимизм и жизнерадостность. Прямо неприлично, учитывая обстоятельства и повод их встречи.