Горький привкус соблазна

Ноябрь, 2010 года

Снежинки хлопьями падали, оседая на ее русых волосах, смешно выбивающихся из-под розовой шапочки. Снег в этом году выпал рано и вокруг воцарилась настоящая зима. Она улыбалась глядя ему в глаза. Пара снежинок опустилась на ее лишенные косметики ресницы и моментально растаяла. Он улыбнулся ей в ответ, беря ее лицо обеими руками, и нежно прикоснулся губами к ее губам.

– Приличные девушки не целуются на первом свидании, – укоризненно сказала Лили, и он отстранился.

Костя нерешительно обнял ее, не желая отпускать. Она неловко ответила на его объятие и время остановилось для двух молодых влюбленных, стоящих в дворе старого панельного дома. Две фигурки в свете фонаря слились в одну и пушистые хлопья снега кружили, плавно оседая на землю. Девушка немного дрожала. От холода или эмоционального возбуждения, а может, и от того и от другого вместе взятых. Через толстое полотно искусственной меховой шубы практически не ощущалось ее тело, но тем не менее, эта минута близости была дорога для них обоих.

– Мне пора, – прошептала девушка через какое-то мгновение, – сестра будет волноваться.

Неожиданно молодой человек ловко подхватил ее на руки и начал кружиться под тусклым светом фонаря, а девушка громко засмеялась. Он остановился, чмокнул ее в лоб и медленно направился к подъезду, не опуская своей драгоценной ноши.

– Тьфу, срамота, – послышалось громкое ворчание с балкона второго этажа, – совсем стыд потеряли, ходют и ходют, Сталина на вас нет!

– Тетя Вера ругается, – смущенно сказала девушка отстраняясь.

– Старая карга просто завидует, – с сожалением отстраняясь ответил Костя.

Лили рассмеялась. Звонко и легко, как только может смеяться молоденькая девчонка после первого поцелуя.

– Ты дрожишь, – сказал он, глядя на нее, – озябла?

Температура на улице уже по зимнему времени опустилась ниже отметки минус 15 градусов, а юная особа, как и положено даме ее возраста, легкомысленно вышла на первое свидание с понравившимся парнем в тонюсеньких капроновых чулках.

– Немного, – не стала лукавить она, – наверное, мне действительно лучше идти, пока тетя Вера не спустила на нас Рекса. Он, конечно, старый, и, наверно, у него совсем не осталось зубов, как и у самой тети Веры, – она хихикнула, – но мне все равно надо идти. Сестра будет волноваться.

– До завтра, – тихо сказал он и прикоснулся губами к ее холодному лбу.