Воспитание Игорёшика

Обнюхала, внимательно осмотрела, призадумалась и беззвучно вернулась в коридор.

– Буня, там полная сумка еды, – доложила она серой упитанной кошке – старшей в их прайде.

– А что именно? – Буня поесть любила всегда!

– Пахнет запеченной курицей, котлетками, копчёной колбасой и сыром, – перечислила чёрная Нори.

– Курицей, котлетками и колбасой? – забавная псина Фокса смешно приподняла уши. – Всё люблю! Всё ем!

– Не всё тебе! Помнишь уговор? – насупилась трехцветная авантюристка Рома. Они с Фоксой обладали неким сходством характеров.

– Помню-помню! – Фокса кивнула. Уволочь что-то вкусненькое было сродни большой охоте. Корм всегда лежит в мисках – бери, ешь, но корм-то всегда менее приятен, чем всякая вкусная неоченьполезность типа краковской колбасы.

– Мне – сыр и курицу! – скомандовала Буня.

– Мне тоже.

– А мне? – Гаврюша внимательно прислушивался к беседе.

– Ты сыр не ешь и всё остальное тоже, – справедливо заметила Фокса.

– А яблоками там не пахнет? – уточнил Гаврюша у разведчицы Нори.

– Яблоки? Нет. Персики были точно.

– Так что ж ты не мявкнула даже! Персики… Это ж я очень люблю! – воодушевился Гаврюша

Игорёшик не обращал на лёгкий шорох, раздававшийся в углу комнаты никакого внимания – привык, что мама постоянно крутится рядом, норовя о нём позаботиться, вот и не подумал уточнить, что там такое происходит.

А происходило много интересного.

– Тащи вот за эту тянучку! – командовала Фоксе опытная Буня. Та, крепко зажав зубами язычок молнии, ловко открывала благоухающее сумочное нутро. – Так, это вот бери и уноси, только сразу всё не лопай, – Фокса с удовольствием утянула упитанную курицу. – Это – тащи ты! – скомандовала она Нори, кивнув на пакет с колбасой.

Сыр унесла Рома, волоча головку в пакете за собой, и едва не врезавшись в дверной косяк, а Буня покопалась в сумке, и добыла упаковку с персиками. Гаврюша был ценным союзником, но стоило ему только решить, что его собираются надуть, скандала, шума и воплей не оберёшься! Дешевле было достать персики.

– А ещё виноград есть. Будешь? – уточнила Буня, по-хозяйски дорывшись до дна сумки и произведя в её содержимом максимально возможные разрушения и бардак.