По ту сторону сказки. Околдованные в звериных шкурах

 – Я его как-то мало рассматривала с точки зрения, что ему подойдёт. Раньше-то мне от него надо было подальше держаться. И чем дальше, тем лучше.

– Мам, это ничего, что теперь ещё и Кирилл тут будет крутиться? – тихонько спросила она.

– Катюш, конечно, ничего! Хорошо даже. Ему тяжело очень. У него родители разводятся. Давно и очень сложно, болезненно. То мирятся, то опять разъезжаются… Так что ему как раз помощь будет нужна. Приглядись.

Катерина рот так и открыла. Никогда она бы не подумала, что Киру нужна помощь! Он всегда выглядел так, что это скорее окружающим могла потребоваться помощь, начни они Кирюшенькой интересоваться.

– И ничего-то я про людей не знаю, а ведь они рядом совсем. Тот же Кир, может и хулиганил потому, что самому совсем плохо было? А если родители заняты только ссорами и дележом, к кому пойти? И поговорить-то не с кем, получается.

Когда мальчишки пришли, их, разумеется, сразу усадили обедать. Степан чувствовал себя как дома и всё время это демонстрировал.

Жар-Птица тактично дала им время пообедать, зато потом влетела, позволила Баюну себя представить, посияла немного, насладилась видом совершенно ошалевшего мальчишки. И занялась делом. Степан хихикал и злорадничал, глядя как Кирилл только глазами хлопает на то, что ему в рубашку воткнули перышко и тут же преобразили его одежду. Он смутился настолько, что был готов сбежать, но Жаруся повела глазами на Волка, тот увел Степана показать ему какой-то редкий кинжал, прихваченный из Дуба Баюном, а Катерина, умница, подошла к Кириллу и показала как она обращается с перышком.

– Кир, не пугайся, это очень удобно, смотри!

Рядом с мальчишкой в зеркале тут же отразилась Катерина в зеленом с серебром сарафане, на голове обруч с колтами, сафьяновые сапожки в тон сарафану. А вот уже алое корзно и синий женский кафтан. А вот походный серый костюм с брюками, который Жаруся не любила, делать долго не хотела, но сделала на совесть.

– И правильно! Надо уметь восхищаться!

– Кир, ты попробуй сам, а я пойду, чтобы тебе не мешать. – Катерина хорошо помнила, как она выскакивала из горницы, когда Степан учился пользоваться своей пряжкой, первое время он регулярно оказывался в плавках и в корзно, к примеру, или в трусах, в сапогах и в шапке.