Виртуал с чашкой кофе

Репетируя улыбку супергероя, Ложечкин с трудом разомкнул слипшиеся веки, поглядел в зеркало и застыл в изумлении. Он старательно поморгал, похлопал себя по щекам, умыл лицо холодной водой и даже ущипнул себя за ухо. Все это, однако, было впустую.

Перед ним не было ничего – ни голливудской улыбки, ни отросшей за ночь щетины, ни мешков под глазами, ни самих серых глаз, которые и должны были созерцать утренний автопортрет. Это казалось невероятным, но в зеркале отражалась только противоположная стена, выложенная голубым кафелем.

2

Марину Викторовну Кривошееву разбудил собачий вальс. Мелодия на телефоне извещала, что звонят с работы.

– Что за невоспитанность! – зевнула она и стала вылезать из постели. – Дайте хотя бы отпуск догулять!

В университете, где она служила доцентом, у нее сегодня не планировалось никаких дел. Кстати сказать, именно в этом довольно известном вузе учился и Артемий Ложечкин. Он был студентом заочного отделения и старательно прогуливал все лекции Кривошеевой.

Пару месяцев назад у них даже произошел конфликт, о котором они оба, впрочем, уже давно забыли.

Звонила секретарша декана по имени Люся.

– Мне поручено сообщить, что против Вашей кандидатуры проголосовали все члены Ученого совета. Вы не прошли конкурс, и поэтому уволены с сегодняшнего дня. Заберите свою трудовую книжку в отделе кадров. Хорошего дня!

Кривошеева снова открыла рот и уже хотела попросить разъяснений, – но Людмила Павловна уже нажала на «отбой».

– Эх, Люсенька! – произнесла с горечью бывшая сотрудница вуза.

 – Ну когда же ты научишься хорошим манерам? Давно ли ты на экзаменах дрожала как осиновый лист и в глазки мне заглядывала? А сейчас даже «Здрасьте!» сказать не можешь.

Научная дама пожала плечами в знак глубокого сожаления. До нее пока не дошло, что с этой минуты все ее планы накрылись медным тазом. Ее сознание пока не переварило слово «уволены».

На календаре был понедельник, 22 августа 2011 года. На следующий день кандидату философских наук Кривошеевой полагалось выйти из отпуска и заняться своими привычными делами на кафедре трансперсональных исследований.

Она еще раз вопросительно поглядела на свой серебристый мобильник и постепенно стала врубаться в суть происходящего.

– То есть как трудовую книжку забрать? – растерянно пробормотала она. – Меня что, уволили?

Мыслишки, такие же короткие, как и гудки, понеслись в сторону недавнего прошлого, постепенно выстаиваясь в стройную логическую цепочку.