Невеста Полоза. фэнтези

Федор уважал и ценил тетку за ее твердый характер и острый, как опасная бритва, ум. Часто советовался с ней по разным житейским вопросам.

В комнате, где она проживала, было очень чисто и уютно. У высокого окна стояла добротная полутораспальная кровать, покрытая дорогим шерстяным покрывалом, напротив расположился дубовый книжный шкаф, а рядом стоял небольшой письменный стол, на котором горели в серебряных подсвечниках две свечи розового воска.

Подойдя к двери комнаты, мужчина минуты две колебался, но, услышав насмешливое:

– Входи, чего там топчешься? – толкнул дверь и вошел.

– Тетя Настя, как ты поняла, что я к тебе пришел? – спросил чуть смущенный Федор.

– Да я уж час смотрю на тебя из окна как ты одну за другой сигареты смолишь, – тем же насмешливым тоном отвечала тетка, – Раз снова курить начал, значит что-то у тебя случилось. Ну проходи дорогой племяш, садись, потолкуем…

Сев на стул рядом с Настасьей Ивановной, Федор ссутулился и опустил голову не в силах выговорить то, что вот уже некоторое время тяжелым грузом лежало у него на душе.

Бросив на племянника внимательный взгляд, Настасья Ивановна заговорила первая.

– С женой неладно?

– Почему ты так думаешь, тетя Настя? – приглушенно спросил Федор.

– Так это видно племянник, – ответствовала тетка, – Хоть и хорошая жена Марья, но последнее время она не та… совсем не та? Верно? И ты не можешь понять, что тут к чему.

Так заметно? – отрывисто спросил Федор, не поднимая глаз.

– Ну кому-то не заметно, а кому-то заметно, – чеканя каждое слово произнесла Настасья Ивановна. – Сам понимаешь, мне-то как раз и заметно! Мне многое заметно, что не замечают часто люди… Послушал бы меня тогда Колька твой, до сих пор жива была б Наталья. – Царствие ей Небесное, – перекрестилась Настасья Ивановна, и голос ее смягчился.

– Это тут причем? – буркнул Федор, вскидывая на тетку глаза. Но она, словно не слыша его, продолжала:

– А какая пара могла бы быть. Загляденье! Он конечно никогда не был красавцем, но всегда в нем чувствовался настоящий мужчина, истинный казак. Вот поэтому-то она его тогда и выбрала! – улыбаясь сквозь блеснувшие слезы, проговорила она.