Невеста Полоза. фэнтези

– Через три недели???? Ну ты загнул, брат! – воскликнул Николай, – Да чтоб достроить такой склад трех недель не хватит! Людей у тебя маловато будет… Накинь еще два раза по столько, может тогда и достроишь за три недели!

– Николай верно говорит, – степенно произнес Михаил, – Где людей то возьмешь, чтоб в такой срок управиться?

– Скоро прибудет артель, – медленно, отделяя слова друг от друга, сказал Федор, хитро прищурив свои выразительные черные глаза., – Сидорыч прислал! – не удержавшись самодовольно выпалил он в упор, посмотрев на приятелей.

– Тебе как удалось его уговорить?!?!?! – разом вскрикнули оба приятеля.

– Да, сам не знаю, – задумчиво ответил Федор, – Если б мне еще неделю назад сказали, что Сидорыч пришлет мне в подмогу артель, я решил бы, что надо мной издеваются, но вот подишь ты! Прислал!

– А откуда он узнал про твои нужды? – сосредоточенно нахмурившись спросил Николай.

– Да сам не знаю, – пожал плечами Федор.

– А ты его спрашивал?

– Нет.

– Так что ж ты не спросил?!

– Не знаю, – смущенно произнес Федор потирая лоб, – Встретились мы с ним в городе на рынке. Он ко мне подошел, поздоровался, заговорил так приветливо. Сказал, что знает про мое строительство. Сам помощь предложил. Ну я и подумал, что человек вину свою загладить хочет как-то. Ну мы и ударили по рукам. А почему я не спросил, откуда он все знает, не понимаю… Словно кто как отвел…

При этих словах, жадно слушавшая мужа Марья вздрогнула и уронила полотенце.

– Что с тобой Марья? – строго окликнул ее муж.

– Ничего Феденька, ничего, я сейчас, – пряча глаза быстро проговорила женщина и проворно подобрав полотенце выскочила из комнаты.

– Странная она у тебя последнее время, – заметил Михаил, глядя на дверь, в которую вышла Марья.

– Больно суров ты с ней! – укоризненно произнес Николай. – Бабу, конечно, надо в строгости держать, чтоб место свое знала, но и приласкать тоже иногда не мешает.

– Спасибо за совет. Обязательно подумаю об этом, – фыркнул Федор.

А Николай тяжело вздохнул.

В свои сорок два года он ни разу не был женат. Не от того, что желающих выйти за него замуж не было. Просто не мог он назвать женой никого, кроме одной, которую любил всю свою сознательную жизнь, сперва живую, а потом уже память о ней.