Вслед за тенью. Книга первая

– Какой ещё сок?

– Гранатовый.

– Правда? Когда и где ты успела его выпить?

– Не я… Тот брюнет… Видимо, забрызгалась, когда поднос опрокинула.

– Не понимаю, с чего ты взяла, что это сок? Где логика? В разбитом фужере должно было быть вино.

– Не должно. Это мой любимый сок, Маш. Я узнаю его из тысячи. К тому же мне его сегодня нагадали, – объяснила я с лёгкой усмешкой.

– Нагадали?

Аккуратные брови Марьи удивленно взлетели вверх.

– Да, в сквере.

– Нагадали сок? Обычно мужика нагадывают, Кать.

– А мне нагадали и то и другое, – смеясь, ответила я. Подруга была рядом, и мое настроение улучшалось на глазах. – Это точно был сок. Я слизнула капельку на ладони.

– Слизнула? Зачем? – Спросила она, продолжая аккуратно промокать мне щеки влажной салфеткой.

– Даже не знаю… Тот брюнет… В общем, мне надо было как-то отвлечься от его взгляда…

– Странный способ отвлечься, – усмехнулась подруга. – Ты о том наглеце, который в гляделки с тобой играл?

– Угу, ты заметила, да?

– Сложно было не заметить.

– Не преувеличивай, Маш.

– И не думала! Я собственными глазами видела, как он у нее в горле застрял.

– Не обратила внимания, – вздохнув, заметила я.

– Так она к тебе спиной сидела. Впрочем, в последнее время ты вообще мало что замечаешь. Рассеянной стала. Замкнутой. Вся в себе, как лягушонка в коробчонке. Не нравится мне это, Кать, – сетовала Марья, орудуя салфеткой по моему подбородку.

– Сама себе удивляюсь…

– Надо с этим что-то делать.

– А что тут сделаешь? Вот сессию сдам, а там посмотрим.

– Причем тут сессия? Убери раздражитель – и живи спокойно.

– Сначала нужно его определить, док, – рассмеялась я.

– Он известен! – заявила подруга со всей уверенностью, на которую была способна.

– Известен? Может, тогда поделишься.

– Замри и посмотри наверх! – деловито велела она.

– Дай, я сама.

– Не вертись и смотри вверх. Ну вот, готово. Осталось припудрить носик. Пудру захватила?

– Да, сейчас… – ответила я, открыв сумочку.

– Так вот, я почти уверена, что всё дело в Новикове. Предполагаю, он давит на тебя. А ты сопротивляешься. Подсознательно. Но окончательный вердикт вынесу в понедельник.

– Почему только в понедельник? – спросила я, припудриваясь.