Темная история

– Согласен, и мы непременно выпьем, – спокойно вмешался Филипп, сделав ударение на слове «мы» и потянувшись забрать бутылку. Рыжий нахмурился и крепче сжал пальцами горлышко, не желая выпускать из рук свой щедрый дар.

– Я х-хочу выпить с вами, – упрямо настоял он и обличающе кивнул на Филиппа: – Эй, Сэнди, не мешай даме г-говорить с приятным человеком!

– Спасибо, не стоит, – вежливо ответила Габриэль, пытаясь спасти ситуацию. Она заметила, как в ответ на презрительную кличку шотландцев, «Сэнди», на лбу МакГрегора вновь прорезались упрямые вертикальные морщинки.

– В-врете! – возразил мужчина, и Габриэль с досадой прикусила язык: рыжий был не настолько пьян, чтобы не заметить бокал с элем, стоящий перед ней. – Это н-неуважение! Ко мне! И к парням! – Он сделал широкий жест вокруг, и девушка с досадой заметила, что к ним идут еще трое – из-за того же столика, где до этого сидел разговорчивый пьяница.

Филипп резко встал, одновременно толкнув свой стул, отчего рыжий, все еще опирающийся на его спинку, потерял равновесие и нелепо взмахнул руками.

– Отвали, английская свинья. – Он небрежно поставил бутылку к себе на стол. Габриэль на секунду задержала дыхание: численный перевес был не на их стороне, и зарождающийся конфликт мог в любую секунду перерасти во что-то нехорошее.

Чертыхнувшись, рыжий приземлился на руки своим собутыльникам и ненавидяще посмотрел на Филиппа; казалось, он трезвеет на глазах.

– Пойдем, Джон, – потянул его за рукав самый разумный из троицы. – Не буянь.

– Да, заберите эту падаль, – с холодной усмешкой согласился Филипп, неторопливо опускаясь на свой стул. Его взгляд вновь был изучающим, настороженным – совсем как там, на мосту в ночи. – И сами катитесь отсюда.

Урезонивавший пьяного Джона товарищ отпустил его рукав и воззрился на Филиппа с недоброй смесью возмущения и гнева. Он кивком указал остальным помочь рыжему, и вся компания направилась к своему столику, что-то тихо обсуждая и периодически оборачиваясь, чтобы взглянуть на МакГрегора. С их стороны вновь донеслось «проклятый Сэнди».

Габриэль осознала, что события принимают опасный оборот.