Темная история

Темноволосая девушка в кожаной куртке и кедах обошла небольшую лужицу, собравшуюся во вмятине на плитке; в зеркале воды одиноко плавал красный осенний лист. Лиза подняла глаза, увидев отражение синевы в воде.

– Габи!.. Я уже думала, что ты не придешь. – Лиза заинтересованным, полным почти ревнивого любопытства взглядом изучала лицо подруги, ее дорогой, стильный свитер цвета гортензий, небрежно заправленный с одной стороны в джинсы, куртку-косуху и подростковые, нарочито хулиганские кеды.

Габриэль изменилась: прошедшие три года не только поменяли ее предпочтения в одежде, но и отпечатались на лице – какой-то новой, совсем недавней уверенностью, к которой она еще не привыкла; это было видно и ощущалось сразу…

– Лиза.

Нет, я же обещала, – голос был тем же, и это поневоле путало, мешало полностью осознать перемены.

– Давно не виделись. – Лиза похлопала по скамейке рядом и улыбнулась – милой, ни к чему не обязывающей улыбкой. Ей еще предстояло разобраться в этой, новой Габриэль, и не стоило торопить события.

 – Перекати-поле, каким ветром тебя занесло в Берлин?

– Меняю декорации, – не сразу отозвалась Габриэль; она скрестила руки, Лиза рассеянно скользнула взглядом по длинным, тонким пальцам подруги… и из расфокусированного ее взгляд внезапно стал острым.

– Я уже отчаялась увидеть тебя вживую вне моих родных берегов. Устала от легкого, приятного, бесконечного дождя?… – Да, ей не почудилось, кольца действительно не было. Сердце пропустило удар, неприятно удивив ее саму.

 – Оставила Марка мокнуть в Лондоне?

– Я от него ушла, – Габриэль сказала это так, как отвечают на вопрос о погоде: равнодушно, почти не думая. Лиза отвела глаза, пытаясь преодолеть внезапный укол раздражения: Марк был хорошим, достойным человеком; он не заслуживал лишь мимолетного упоминания.

Но Габриэль всегда была – Габриэль. Она редко по-настоящему думала о людях, окружающих ее, не ставила в фокус их присутствие, их надежды и чаяния… она словно жила в каком-то своем внутреннем мире, в постоянном ожидании чего-то.

И все же – случался у нее этот острый, почти страшный взгляд, когда хотелось обернуться и спросить, что же такого Габриэль Стерре рассмотрела позади, за спиной; что способно пробить эту броню, отделяющую ее от мира.

Многие считали эту ее отстраненность надменностью, эгоизмом; Лиза думала иначе. Но сейчас… неприятно было слышать, как Габриэль одним махом равнодушно разделывается с Марком.