Темная история

 – За плечами Вальтера был университет, не оконченный лишь по причине присущей ему философской лени, и лохматый байкер в кожаной куртке умел выражаться так, что можно было напрочь забыть о том, с кем имеешь дело. – А вообще, кто их, женщин, разберет.

– Ты cмешал все метафоры, – хмыкнул Филипп. Он опустил руку и с отстраненным, практически безразличным интересом обвел пальцами контур скамейки. – Вальтер.

– Ну?

– Ты слышал про Брюссель? – МакГрегор понимал, что Вальтер бы не начал с давно наболевшего вопроса личной жизни друга, знай он хоть что-то про ограбление «Флемаля», но спросить следовало все равно: он не любил оставлять не проясненных вопросов.

– Да, – коротко откликнулся Вальтер. – И без понятия, кто за этим стоит, но точно не наши. Я бы знал.

Филипп молча кивнул, принимая ответ.

– Можешь оказать мне услугу? – Он подождал, пока друг вопросительно вздернет бровь, и негромко попросил: – Смени того, кто следит за ней, не хочу, чтобы это делал кто-то чужой. Раз ты таскался за нами от университета и умудрился остаться незамеченным, справишься и здесь.

МакГрегор видел, что Фрилингу не понравилось задание, но сегодня, сейчас – Филипп не мог вынести, что кто-то чужой осмелится следить за Габриэль. Не сегодня, нет…

– Не вопрос. – Вальтер не выглядел довольным, но смутные подозрения Филиппа не успели оформиться в уверенность, потому что друг перешел к действию, поднявшись со скамьи плавным текучим движением, удивительным для такой массивной фигуры. – А ты?

– А я навещу отца, – ровно ответил МакГрегор – и совершенно не удивился одобрительной усмешке Вальтера.

Лохматый байкер расхохотался и ловко перебросил Филиппу ключи.

– В точку.

Габриэль

Картина: берлинская ночь, теплая и щедро освещенная фонарями; народу – ни души, последний трамвай высадил меня и ушел на конечную станцию. Мне идти еще несколько минут по брусчатой мостовой старой Европы, и я наслаждаюсь этим на полную катушку, люблю пешие прогулки.

Замирают в ночи последние аккорды «Избавления». В ушах – слова. Голос, дьявольски-вкрадчивый, завораживающий:

«Ты видишь то, что вижу я? Будь осторожна с выбором…

Будь осторожна со своими желаниями, ведь они могут сбыться…»

Вздрагиваю, судорожно оглядываюсь по сторонам, ищу, кто это сказал. Через несколько секунд до меня с опозданием доходит. Ну конечно… плейер переключился на следующую песню.