Ночь бесконечная. Рассказы

Когда они жили в одной комнате в общежитии, Венера установила порядок – всё что было Машиным, было общим, а личные вещи Венеры были только её. И если кто-то осмеливался взять что-то, что принадлежало Венере, она устраивала истерику, и кричала на всё общежитие, что её обокрали. Хотя это была всего лишь кружка, которую Венера оставила на общей кухне в раковине. Кто-то попил из неё чаю, вымыл и оставил на общем столе. Маше это быстро надоело, и она съехала домой к родителям, романтика общаги её больше не прельщала. Венеру она потом почти не видела, только на поточных парах, но Венера никогда с Машей не здоровалась.

И вот такая встреча! Тем временем Венеру и её сыновей увезли в полицейской машине. А Маша занялась своими делами.

Через несколько дней ей принесли повестку от дознавателя из районного управления полиции. «Дознавателя… Надо же» – Маша понятия не имела, что в полиции существуют дознаватели. Но делать нечего, она отпросилась с работы, и пришла в полицию в назначенное время. В коридоре возле кабинета сидела Венера.

Маша скользнула по ней взглядом, решив её «не узнавать». Венера была ярко, но безвкусно одета, и вульгарно накрашена. Её декольте по самое «нельзя» открывало дряблую, и явно уже обвисшую грудь. «Троих детей выкормила» – подумала Маша и прислонилась к стене, чтобы не присаживаться рядом с Венерой на скамейку.

И вот из кабинета вышел молодой лейтенант и назвал Машину фамилию:

– Карпова есть?

– Это я. – Сказала Маша.

– Проходите!

Маша последовала за офицером, но успела увидеть, как вытянулось лицо Венеры, когда лейтенант назвал Машину фамилию.

Представившись, лейтенант спросил Машу:

– Вы знаете, зачем вас пригласили в полицию?

– Понятия не имею. – Отозвалась Маша.

– В коридоре сидит женщина по фамилии Серёгина, которая подала на вас жалобу за оскорбление действием.

– Оскорбление чем?

– Действием. Вы не впустили в дом её детей, и вызвали полицию, обвинив их в хулиганстве.

– Понятно. Только я понятия не имею, о чём вы говорите.

– Вы знакомы с Венерой Аристарховной Серёгиной? – Спросил лейтенант и протянул ей ксерокопию рукописного документа.

– Нет. – Маша узнала почерк Венеры. В заявлении было много граматических ошибок. «Так падежи и не выучила» – Вздохнула мысленно Маша. Заявление было написано на Серёгину Марию Владимировну. «Видимо Венера не знала, что будучи в браке, я не меняла фамилию. И в завещании Серёгина меня тоже называют Серёгиной, в девичестве Карповой. Странно».