Детектив на поводке

Синие лица, распухшие красные руки, шатающиеся походки. Сначала они тихо стоят в ожидании открытия заведения, а потом, спустя всего каких-то сорок минут, начинают кричать, драться и петь песни. Все эти люди – местные алкоголики, среди которых только две женщины. Одну Яна знала хорошо. Она жила в соседнем подъезде и выпивала на пенсию своей престарелой матери. Звали ее Викуля. Викуля часто была сильно пьяна. Ее выворачивало наизнанку возле ступеней бара, потом она ложилась на асфальт и размахивала руками, показывая звездочку.

Ее мать выбегала из дома и тянула дочку на своих плечах к подъезду. Викуля бранилась, называла прохожих «собаками» и исполняла матерные стишки. К ней все давно привыкли. Вторая – совсем молоденькая девушка, раньше Яна ее не видела, она появилась возле бара в начале мая и прибилась к местным алкоголикам. Когда Яна прогуливалась с Шерханом возле детской площадки, слышала, как дворовые мальчишки зовут эту девушку Танькой-бродяжкой, или Танькой-наркоманкой. Яне стало интересно и она начала потихоньку следить за баром, его обитателями и Танькой. Рано утром Яна выходила во двор в сопровождении своего лохматого друга, пересекала пустую детскую площадку и приближалась к бару. Возле кустов сирени она останавливалась и давала Шерхану команду: «Гулять!» Пока пес наблюдал за птицами и бездомными котами, Яна наблюдала за баром и Танькой. Девушка была странная. Маленького роста, очень худая и какая-то жалкая. У нее никогда не было денег на выпивку и она постоянно просила у завсегдатаев пивного заведения хотя бы глоточек, те злились на нее и прогоняли со ступеней, она отходила ненадолго и снова возвращалась. Однажды Викуля пила разливное пиво из пластикового стаканчика. Потом полезла в кармин за спичками, оставив свой стаканчик без присмотра. Танька тут же подбежала к нему и, сделав глубокий вдох, опустошила. Викуля, рассерженная столь нахальным поведением, ударила Таньку в глаз. Когда вечером компания собутыльников расходилась по домам, Танька неизменно оставалась на серых ступенях, она или сидела на них, или шла на лавочку, что была неподалеку, и там спала всю ночь, подтянув к груди острые колени. Одежда ее была грязной и порванной – старые джинсы, майка и тряпичные тапочки. В середине мая шли сильные дожди, а несчастная Танька стояла как солдатик на своих серых ступенях. Яне было жаль ее. Эта жалость появилась в тот день, когда Танька подошла к ней во время прогулки с Шерханом.