Заветное желание

Магия мне не была нужна, но то счастье, которое испытывала, когда летала… И как чуть не сошла с ума от боли, осознав, кто со мной это сотворил и ради чего. И, пока бежала из родного леса, слезы катились по щекам, не давая забыться.

– Ты выдержала, Рина.

– Знаю. Было бы от этого легче.

– Ты не стала мстить.

– А что бы это изменило? Да и по-настоящему черной ведьмой я становиться не желаю. А стоит только убить человека…

– А если на тебя нападут?

– Я имею право защищаться, Эль. Но просто пойти и убить – нет.

Русалка выпустила меня из объятий, осторожно коснулась плеча.

– Не все мужчины такие, Рина.

– Уж кто бы говорил! – рассмеялась я, но получилось как-то невесело.

– А знаешь, я верю, что ты встретишь свое счастье. Настоящее, не фальшивку. Вот! А твой возлюбленный… он получит по заслугам, будь уверена!

Я вздрогнула. Эль обладала небольшим даром предвидения, поэтому с такой уверенностью и жаром говорила всего пару раз за наше знакомство.

– Только сама не вмешивайся, пожалуйста. Не хочу, чтобы с тобой стряслась беда. Охотник не должен поймать русалку в сети.

– Не буду. Хотя очень даже хочется.

Я поднялась, Эль посмотрела в сторону моря.

– Я сделаю для тебя зелье, Эль.

– Правда? А серебрянку…

– Не нужно. Эта цена слишком высока.

Я знала, что цветок растет на такой глубине, где прячутся морские чудовища. И рисковать жизнью единственной подруги не хотела. Не стоит оно того.

– Приплывай завтра…

– После обеда.

Я кивнула, безоговорочно доверяя чутью русалки. Мы распрощались, и я отправилась готовить ужин.

Буря началась, когда я уже собиралась лечь спать. Хвостатая молния разрезала чернильного цвета небо, расколов на неравные куски, и исчезла. Вдали загрохотало, будто столкнулись телеги. Звук нарастал, пока не стал таким громким, что заложило уши. Море вздыбилось, как дикий конь, вспенилось. И небо в этот момент опрокинулось. Стихия разгулялась!

Я отошла от окна, задергивая штору.

В одном углу у меня тлел очаг, бросая тени на стены. Неподалеку располагался стол с льняной небеленой скатертью и шкаф с посудой. Чуть дальше – полки с книгами и моими многочисленными снадобьями и зельями. Я продавала их в любое время года, кроме зимы.