Замок дракона, или Суженый мой, ряженый

– Беги! Ты кровь использовала. Был мощный выброс магии, он почувствовал! – крикнул Рей, пытаясь материализоваться. Но не успел. Я быстро захлопнула крышку фляжки, отбросив ее в угол и тем самым лишая себя последней возможной защиты. Ох, и разозлится Рей, когда выберется!

Меня швырнуло в сторону, а потом подбросило. Я лишь успела увидеть, что ведьма растворяется в воздухе, явно открыв какой-то мудреный портал, а потом тело перестало слушаться. Магией скрутили, изверги! Бросили к ногам Азара, заставили поднять лицо, не давая встать с колен.

Брат склонился надо мной. Глаза его полыхали от злости. Никогда его таким не видела! Ой, что сейчас будет!

– Где принцесса Эвелина? – рявкнул он.

Не признал! Слава богам!

– Я знаю, что она здесь была. В доме творилась магия, была задействована ее кровь. Отвечай! – закричал Азар, встряхивая меня за плечи.

– Не знаю, – пролепетала я. – Я ее не видела.

– Не смей лгать! – Пощечина, которая сопроводила эти слова, вышла знатной.

– Я не лгу, – сипло прошептала я.

– Как ты здесь оказалась и чего хотела от этой старой карги? – буквально завизжал Азар.

– Думала зелье попросить, чтобы стать красивой. Сирота я. Меня никто замуж не берет, а пропалывать чужие грядки задаром надоело, – завыла я в голос, кося под глупую неразумную девку.

Хоть бы прокатило. Хоть бы прокатило. Хоть бы…

– В темницу.

Все… я пропала. Маги прошептали заклинание, подхватили меня под руки и нырнули в пустоту.

Серые сырые стены из толстого камня, паутина, грязь, смрадные запахи – это и есть королевская темница, в которую никто не хочет попасть? Почему? Оттуда один-единственный путь – на эшафот.

Ах да, для полной радости есть еще стражники, которых ничем не подкупишь: на них лежит заклятие верности.

Маги завели меня в маленькую камеру. На полу лежал отсыревший соломенный матрас, стояла чашка с ложкой и жестяная кружка, и валялись клочья пыли. Дверь захлопнули, повернули ключ, проверили на прочность. Снова послышался шепот накладываемого заклинания, потом распоряжение стражнику, и все стихло.