Ты – мое притяжение

Остальные тейринцы из его команды последовали примеру командира, но предпочли держаться на расстоянии.

Я, находясь под впечатлением, даже не сдвинулась с места, когда Дисар-ри превратился в крошечную точку, исчезая где-то вдали за скалами.

– Не влюбляйся в него, Рина. Пожалуйста, – тихо попросил Джан.

– Что?

Тейринец прикусил губу, а потом заметил:

– Ты же ничего о нас не знаешь.

– А рассказать?

– Я не собираюсь вмешиваться в дела капитана. Мне, знаешь ли, жить еще хочется. Но предупредить, предостеречь… считаю нужным.

И зачем только воду мутил, спрашивается, раз никакой информации не выдал?

Я еще раз глянула в сторону, где исчез Дисар-ри, а потом мы начали карабкаться по скалам, чтобы добраться до поляны, о которой рассказал капитан. Джан сверялся с навигатором, прикрепленным на поясе, Исар время от времени принюхивался, Локрис держался совсем рядом, каждый раз подхватывая, если я норовила соскользнуть с камня. Делал это бережно и спокойно, словно оберегал не человеческую девушку, а драгоценную стеклянную вазу.

– А почему вы не полетите? – поинтересовалась я, когда мы сделали небольшой перерыв на одной из скал примерно в середине пути.

Я хоть и натренирована, но все же подустала. Очень уж скалы были отвесные и острые. Хорошо, что не поранилась, и то счастье.

– И бросить тебя одну? – удивился Джан, убирая флягу с водой и проверяя координаты места. – К слову сказать, я бы тебя и на руках на вершину унес, да только тейринские традиции не позволяют.

Я вылупилась на него, так как впервые услышала от тейринцев за все дни пути хоть какие-то сведения об их народе.

– У нас к этому относятся очень серьезно, Рина. Мы приносим клятву о сохранении нашей культуры, едва научимся говорить, и нарушить ее не можем.

– Почему? Накажут?

– Не без этого, – отозвался Джан, который явно пожалел, что начал этот разговор. – Тейринцы верят, будто духи планеты в подобном случае меняют судьбу, добавляя… неприятностей.

Нет, это уму непостижимо! Двадцать шестой век уже, а на Тейрине до сих пор верят в духов.

Я с трудом спрятала улыбку, боясь их обидеть, чуть помялась и все же уточнила:

– А кто такая рихани?

– Какая же ты любопытная! На ваш язык точно и не переведу.

– А примерно?

– Желанная. Избранница. Любимая.

Ого! Впрочем, что-то такое я и подозревала.

– Если передохнула, пойдем дальше.