Мой темный принц

Русалки ведь внешне, как я поняла, от людей не отличаются.

– Я помню Лену, лучшую подругу. Мне бы ее отыскать, – осторожно заметила я. – Она поможет.

Ну надо же с чего-то начинать, правда?

– Упрямая ты.

Я хмыкнула.

– Хорошо, отыщем, – улыбнулся Лир. – В главном городе Ларейи – Аридейле есть библиотека, в которой хранятся сведения обо всех живущих в стране. Можешь туда заглянуть, а потом видно будет, – добавил маг, поднося руки к моему хвосту.

Но тот почему-то не откликнулся на его магию, не стал сохнуть.

– Говорю же, некоторая магия в лесу действует непредсказуемо, а порой даже не откликается, – сказал он, укладываясь возле костра и не обращая внимания на нечисть, толпившуюся за защитным кругом.

– До Аридейла далеко? – спросила я.

– Три месяца пути. Давай завтра поговорим, я жутко устал, – отозвался Лир, проваливаясь в сон.

– Помоги нам, пожалуйста. Дочь моря, помоги. Мы тебя не тронем, – снова услышала я тоненький голосок, жалобно взывающий ко мне.

Только я теперь из круга ни ногой! Нечисть она и есть нечисть.

Я легла рядом с Лиром, закрыла глаза и через несколько минут уплыла в сон.

Глава третья

Я проснулась оттого, что в нос попала пыль. Оглушительно чихнула и поежилась от холода. Плащ, которым, видимо, ночью укрыл меня Лир, соскользнул, обнажая плечо. Я уже успела забыть, что, когда превращаюсь в русалку, одежда на мне исчезает и не имеет свойства возвращаться. Лир, не обращая на меня внимания, доставал из сумки припасы и явно собирался завтракать.

– Доброе утро, Ариадна. Выспалась?

– Доброе утро, Лир. Как ни странно, да.

Маг обернулся, но ничего больше не сказал, лишь кивнул своим мыслям и снова вернулся к сумке. Через несколько минут отвлекся и позвал к костру, над которым теперь висел котелок с водой. В плащ пришлось заворачиваться целиком, как в полотенце после душа. Но вкусный завтрак того стоил.

Оторвалась на мгновение от еды, отметив озадаченный взгляд Лира.

И что не так? Зачем так на меня пялится?

Напиток оказался ароматный, незнакомые листья придали ему вкус меда, мяты и земляники. Мы молча допили, и Лир принялся паковать остатки еды в сумку.

– Лир, – решилась я, – мне бы умыться.

– В той стороне течет ручей. Как искупаешься, двинемся в путь.