Мой любимый менталист

Ариатская Звездная Академия столь богата, что может потратить целое состояние на подобный комфорт для чужих студентов? Или же тут есть какой-то подвох, о котором мы не знаем?

Странно даже то, что провожает нас только нар Аран, декан моего факультета, а руководителей остальных да и тех же кураторов здесь нет.

– Вы сделаете четыре пересадки. Покидать космопорт, дожидаясь следующего рейса, запрещено в целях вашей же безопасности. Это ясно?

Мы, конечно, отозвались согласием, хотя, сдается, каждый из нас хотел бы побывать на других планетах.

– Проживание и питание оплачены, командировочные перечислены на ваши счета, расписание рейсов, а также информация для связи со мной в случае непредвиденных обстоятельств скинуты на лиар. В космопорту Ариаты вас встретят, но если возникнут трудности – я на связи в любое время суток.

Военные коротко кивнули, Снежана, нервничая, сжала кулаки. Декан Аран внимательно оглядел нас, коротко попрощался, покидая подземную парковку, и мы загрузились в флаер.

Маршрут в него был уже заложен, управление тоже настроено автоматическое.

До космопорта предстояло лететь полчаса, и Дин и Ранк обернулись к нам со Снежаной, устроившимся на задних сиденьях.

– Ну и что вы по этому поводу думаете? Мне одному кажется поездка странной и непонятной? – уточнил Дин.

Снежана поморщилась и демонстративно вздохнула.

– Надеюсь, больше чем на пару месяцев мы там не задержимся.

– Нам сказали, если все пройдет благополучно и мы вдруг решим остаться на Ариате, выдадут его и так, – хмыкнул Ранк.

– Не знаю, как вы, а я собираюсь вернуться. У меня тут, между прочим, жених остался, – высокомерно заявила Снежана.

– Я бы не надеялся на возвращение, – тихо и уверенно сказал Дин.

– Почему? – спросила блондинка.

Я в разговор не вмешивалась, только слушала и делала выводы.

– Я слышал, на Ариате живут несколько землян. И кто знает, по доброй ли воле они задержались на планете, – ответил Дин.

Тут он посмотрел на меня, сощурился и спросил:

– У тебя какие ментальные способности, Вероника?

– Чтение мыслей и небольшой дар к телекинезу, – осторожно отозвалась я.

– Это хорошо. Особенно первое. Нам не помешают лишние уши, – хмыкнул Дин.