Объятые иллюзиями

Комната была погружена в полумрак, который рассеивался лишь разноцветными огоньками гирлянд и светящихся неоновым светом колонок. После яркого освещения коридоров мои глаза практически ничего не различали в темноте, а музыка от нескольких акустических систем просто оглушила меня. Насколько я смогла сориентироваться в первый момент, комната была заполнена людьми, но все же не набита ими до отвала. Как и сказал Грэг, сюда явно были приглашены не все.

Дверь за нашей спиной закрылась.

– Пароль, девчонки, – услышала я голос какого-то смутного мужского силуэта, с трудом стоящего на ногах и обдающего нас стойким запахом сигарет и виски с колой.

– Нас Грег пригласил. Не знала, что здесь нужен пароль, – мило улыбнулась я, вдруг совершенно уверившись в том, что нас сейчас вытолкают обратно за дверь. Я почувствовала, как Лесли напряглась у меня за спиной.

– Хм. От Грега, значит. Ну, он времени зря не теряет. Милости просим. Поищи его где-то там, – парень обернулся, покачнулся, расплескал содержимое стаканчика и махнул рукой в неопределенном направлении.

Еле восстановив равновесие, он исчез в полумраке.

Мы с Лесли осмотрелись. Веселье было уже в самом разгаре. Мои глаза наконец-то привыкли к темноте, и я смогла осмотреться. Теперь я поняла, каким образом здесь могло уместиться столько людей: из комнаты, и так в несколько раз большей, чем моя собственная, был выход прямо на громадную террасу, где и разместилась большая часть компании. Все что-то пили из пластиковых стаканчиков, смеялись и играли в непонятные игры, судя тому, что кто-то время от времени залпом опрокидывал в себя несколько стопок с яркой голубой жидкостью, а остальные свистели и ободряюще хлопали в ладоши.

Несколько группок, державшихся немного зажато и обособленно от остальной массы, были, как я с облегчением поняла, первокурсниками, как и мы. Скорее всего, им хотелось как можно скорее избавиться от скованности и влиться в компанию, поэтому они в ускоренном темпе вливали в себя содержимое стаканчиков и маленьких стеклянных бутылочек.

Отделились от остальных также несколько парочек, прижимающихся друг другу в темных углах комнат, целующихся на диванчиках и совершенно не смущенных окружавшей их толпой. Впрочем, на них и так никто не обращал внимания. Через оглушительные звуки музыки пробивались выкрики, взрывы хохота и, периодически, звук разбитого стекла.

– Ну, и где же твой приятель? – в самое ухо крикнула мне Лесли, пытаясь перекричать музыку.

– Должен быть где-то здесь.