Любви моей волшебство

– Какая… сильная и светлая.

Мужчина посмотрел на меня, на Азара, улыбнулся своим мыслям.

– Когда-нибудь, Эвелина, будущая правительница Мавийского королевства, ты поймешь, что нельзя удержать на краю пропасти того, кто сам желает сорваться. И кто готов следовать за тьмой вопреки всему.

Незнакомец исчез в портале, а защитные плетения не успели растаять.

– Что ты наделала? Что? Да я этот амулет, чтобы призвать демона, с большим трудом нашел в подземельях. Он обещал мне силу! А теперь говорит, что будешь править ты! Ты… ты… Ненавижу! – закричал Азар, а я стояла, плакала и не знала, что делать, оглушенная происходящим.

Сколько мне тогда было? Пять лет? Или меньше? Память ведь не сохранила этого воспоминания, но сейчас возвращалась. Остро. Болезненно. Со всей своей неприглядностью и неотвратимостью.

Ненависть брата той маленькой мне причиняла боль, и я бросилась к нему, прижалась, пытаясь убедить, что все не так. Не нужен мне трон, вовсе нет!

– Тебе хорошо говорить, ведь в тебе магия вот-вот проснется.

Маленькая я вмиг посерьезнела, посмотрела на золотистые искры, которые клубились вокруг, а затем вдруг приманила их все, собрала в ладошки, каким-то взрослым взглядом посмотрела на замершего Азара и достала нож, ранее припрятанный братом за диваном. Порезала ладонь растерянного Азара, ссыпала туда золотые искры. И только потом коснулась ножом своей руки, накрывая ладонь Азара.

– Отдаю добровольно всю свою магическую силу.

Золотистый свет окутал меня, перешел к Азару, растаял бесследно. По крайней мере, так я тогда думала.

Послышались встревоженные голоса родителей.

– Эва, дочка, что же ты наделала! – расплакалась мама, обнимая меня.

Родители как-то сразу поняли, что произошло, и безумно жалели, что опоздали и не помешали нам.

– Азар, я же объяснил, что сила таится не в магии, а в сердце! – воскликнул отец.

А я, прижатая к груди мамы, смотрела на хмурившегося брата. Почему он не скажет даже спасибо, ведь получил желаемое?

– И что нам теперь делать? – всхлипнула королева.

– Использовать зелье забвения, так удачно подаренное огненной богиней в день нашей свадьбы, – устало отозвался отец. – Никто не должен знать этой правды.

В голосе его чувствовалась явная горечь. Тогда ни он, ни мама не могли и предположить, чем обернется мой порыв.

Картинка неожиданно подернулась туманом, действительность вернулась и оглушила.