Как покорить дракона

Но я слишком хорошо помнила, как однажды к берегу реки, куда мы отправились с ним на прогулку с моей семьей, вышла медведица с медвежатами, просто попить. Она не собиралась нападать, но Ганс пытался похвастаться передо мной и убить медвежью семью. Я не позволила. И наши пути разошлись. Так мне казалось. Но Ганс – мужчина упрямый и своенравный, явился свататься к моим родителям, едва мне исполнилось восемнадцать. И до сих пор не может простить отказа.

– Здравствуй, Лира, – ухмыльнулся он, очаровательно улыбаясь, показывая соблазнительные ямочки на щеках.

Наверное, до сих влюбленные в него полгорода так и не могут понять, как я не поплыла от его красоты и отказала. Месяц прошел, а слухи все ходят и обрастают подробностями «как это было», словно снежный ком. И зачем Ганс только пошел свататься, ведь между нами все еще тогда стало ясно? Не понять.

– Здравствуй, Ганс! – вежливо ответила я, пытаясь пройти мимо.

Он не позволил. Опустил мешок, зажал меня между стеной и своим телом, дыша прямо в лицо.

– Ты чего? Отпусти!

– Сама ведь скоро ко мне придешь, дикарка!

Я вытаращилась на него и ничего не ответила, только попыталась ослабить захват.

– У вашей семьи не осталось денег. Твоя матушка, я слышал, больна и почти не встает с постели, как пропал глава семейства.

– Тебе-то что? Отец вернется, и все будет…

– Хорошо? – ухмыльнулся он.

Я дернулась.

– Не будет. Хватит наивно верить в невозможное!

Он прижался теснее, и я с трудом сдержала вскрик.

В узкий проулок, через который я собиралась попасть домой, сократив путь, мог в любой момент заглянуть прохожий и увидеть нас в таком недвусмысленном положении. Кричать же было нельзя. Никак. Позора потом не оберешься.

– Ганс, отпусти! Не приду я.

Он вздернул мой подбородок, обжег колючим взглядом, от которого внутри все заледенело, а потом чуть наклонился, провел рукой по моему бедру, не давая вырваться.

– Придешь. Сама. Встанешь на колени и попросишь сделать своей.

И ночью докажешь, как сильно пожалела о своем отказе. И так и быть… поведу потом в храм, чтобы стала моей женой.

Он отпустил резко, я чуть не упала. И не успела ни ответить, ни влепить заслуженную пощечину, как он подхватил с земли мешок, нырнул в другой проулок, а я… я осталась с колотящимся от его ужасных слов сердцем, с непонятной вспыхнувшей злостью, с ощущением грязи, которая будто полилась на меня из ниоткуда.