На грани света и тени. Книга 2

Она казалось особенно тонкой и хрупкой в своем облегающем платье и в его куртке, в которой буквально утонула. Снежинки таяли на ее светлых волосах.

– Ты стала выглядеть иначе, – вдруг прервал молчание он.

– Покрасила волосы, – равнодушно пожала плечами Вероника. Но ей все же польстило, что он заметил.

– Да нет, дело не только в этом, – сказал Матвей с какой-то особенной интонацией. – Ты стала держаться иначе.

Вероника снова пожала плечами. Она чувствовала на себе его взгляд, и от этого ее щеки пылали, несмотря на обжигающий холод.

– Так что все-таки случилось? – наконец спросил Матвей. – Я знаю, что это не мое дело, но, серьезно, у тебя такое огорченное лицо… Что-то пошло не так на репетиции, да?

И снова у Вероники забилось сердце от заботы в его голосе. Она почувствовала, как ее самообладание тает, словно снег на ее разгоряченном лице.

– Да, – наконец выдохнула она. – На самом деле… все идет не так. Абсолютно все. Я не могу сосредоточиться на репетиции. Я сбиваюсь с нот. Мои мысли постоянно куда-то уносятся, и я теряю контроль…

Вероника замолчала, ожидая, что он что-то скажет, но он молчал, внимательно глядя на нее и давая ей закончить, выговориться. И под этим пронизывающим взглядом слова полились из нее бесконтрольным потоком.

– Я не знаю, Матвей, мне кажется, я собственными руками ломаю то, к чему шла столько лет! Альбина бросила мне в лицо, что я недостаточно стараюсь, что я безответственно отношусь к своему таланту! А это совсем не так! Просто столько всего выбивает меня из колеи в последнее время… И я никак не могу определиться с песней для конкурса! Сроки все больше поджимают, это давит на меня, а я не могу понять, какая песня мне больше всего подходит и…

И, к ее ужасу, те слезы, которые она силой затолкала внутрь, когда выбежала из школы, наконец прорвались наружу.

При виде пелены, которая подернула ее васильковые глаза, с Матвея мгновенно слетела сдержанность. Вероника явно застала его врасплох. Его лицо стало глубоко растерянным, обеспокоенным и… беспомощным.

– Вероника, не надо… – в отчаянии прошептал он.

Это было ошибкой.