Сайт

По большому счёту, Аля смело могла окрестить российскую медицину одним актуальным и постоянно повторяющимся в суе определением "Бандит"! Но эти размышления появились потом, позже, после поездки в Европу, а сейчас в наличии имелся единственный персонаж-конструкт: опасный мутант звероподобного и интеллектуального начала.

"Ну, вот, книжечка, посвящённая Владу готова, билеты до Венеции – на руках. В общем, если считать, что от аэропорта Шереметьево до северных ворот Италии – до Вероны, рукой подать! – всего три с половиной часа перелёта!"– Алька сияла от предвкушения счастья.

Теперь уж оно наверняка должно наступить: долгий и упорный труд в поисках витиеватого определения должен быть вознаграждён…

Вооружившись русско-итальянским разговорником и имея из итальянского лексикона несколько слов, да и тех почему-то давшихся с трудом, кроме "кванта коста"(сколько стоит), запомнившихся на раз-два, благодаря популярной попсовой песенке, она отправилась открывать для себя Италию и Влада.

Порой одолевал страх, безумный страх перед полётом в неизвестность, – она распознавала его по струящемуся вдоль позвоночника холодку. Но надо отдать должное Владу: он постоянно успокаивал Альку, что поездка будет успешной и завершится долгожданной встречей в знаменитом венецианском аэропорту Марко Поло.

Девушка стартовала в Италию накануне католического Рождества. Весь перелёт она не отрывалась от картинки в иллюминаторе. На подлёте к Европе картинка за бортом лайнера резко изменилась: исчезли бесконечные скопления облачности, напоминающей причудливую снежно-кудрявую долину, сиявшую в лучах солнца; заиндевелая белая земля, показывавшаяся в разрывах облаков сменилась зелёным ландшафтом вперемежку с горами и напоминающая географическую карту.

И, наконец, под крылом самолёта, во всём своём великолепии предстало Адриатическое море. Оно восхищало необычайными яркими цветами: очень насыщенным сине-зелёным с различными оттенками и бирюзовым; поражало глубиной и прозрачностью – видны были подводные скалы, их силуэт, исчезающий в океанической бездне.

Волнистая линия побережья сплошь прорисовывалась многочисленными судами и судёнышками, промышлявшими щедрыми дарами моря. Поверхность воды сверкала, серебрилась и играла всевозможными колоритными оттенками. Альке даже показалось, что с морской поверхности поднимается столб света – сильной энергии, причём довольно тёплой и милостивой.