По ту сторону спорта

Вы Мария? – дружелюбно представилась она.

– Да, – посетительница спустила на пол дочку. – Простите за опоздание, пришлось подмогу с собой забирать. Садик закрыли, – стала оправдываться она.

– Ничего страшного, по вечерам у нас тут целый детский сад, – улыбнулась тренер. – Как тебя зовут? – спросила она девочку.

– Ольга Сергеевна, – гордо ответила та.

– Ух ты, какая серьезная! – засмеялась Лера и коснулась пальцем с красивым маникюром кончика маленького носика. – Справа есть маты для упражнений лежа, можно покувыркаться ни них с большим мячом.

Оленька посмотрела на зеленые маты, подошла к правой сетке и посмотрела на пустующий спортивный зал. Обычный зал, в углу которого стояла сетка с мячами, под окнами тянулся ряд низких скамеек. Стену за баскетбольными кольцами украшали фото спортсменов.

Девочка стала рассматривать снимки, медленно переводила взгляд с теннисисток в коротеньких юбочках, волейболисток с повязками на волосах и наколенниках, мускулистых баскетболистов, вцепившихся в схватке дзюдоистов, боксеров в ярких перчатках и шлемах, здоровых атлетов со штангами.

Над правым баскетбольным кольцом было крупное фото футбольной команды в черно-белой спортивной форме. Этот снимок выделялся черной рамкой. Оленька посмотрела на лица молодых мужчин, стоявших в шеренгу, закинув руки на плечи стоявшим по соседству. Спортсмены счастливо смеялись, только что выиграв матч. Лишь стоящий в центре, казалось, наблюдает за всеми из-под бровей и ухмыляется, что-то замышляя.

Встретившись с ним глазами, Оленька ахнула и побледнела. Капризничать перехотелось. Она быстрым шагом прошла к противоположной сетке и села на краешек тренажера, где девушки сводили и разводили колени. Ей было страшно. Положив ручки на колени, она постаралась успокоиться. Здесь столько людей, столько взрослых, ничего не случится. Ничего не должно случиться.

Мария посмотрела на дочку, решив, что та решила устроить очередной спектакль.

Лера перевела взгляд на фото футболистов. Глаза стремительно направлялись в центр, к капитану. Кажется, его звали Павел Борзов. А он был хорош собой: крепкий, подтянутый, уверенный в себе.