Позитив-2. Человек, который смеётся

Проплывая мимо призыва, он дотронулся до каждой красной буквы, словно получая дополнительный импульс для действия. Каждое прикосновение он сопровождал протяжным «Там», начиная с уровня ноты «до» и поднимаясь вверх по октаве. Десятым был восклицательный знак, по которому Геннадий трижды хлопнул и громко закончил свою гамму победоносным «Та-да-ам!»

«Музыкальное сопровождение» не осталось незамеченным, и внизу лестницы показался тот же охранник, уже с рацией в руках. Сам он благоразумно остался внизу, зато к финишу эскалатора устремились трое его коллег со второго этажа.

Они держали подозрительного типа взглядом, что-то говорили в рацию и – после отбивки шумом – слушали ответ.

– Я знаю отрыв, я вижу ориентир, – на мотив песни Веры Брежневой, которую он слышал десятки раз (а ту, которую пела девчонка на набережной, больше не услышит никогда) выдал Геннадий, резко дёрнув плащ в сторону. Разношенные петли снова легко поддались, обнажив нутро. На ремне вдоль худого тела висел автомат, ожидающий второй очереди.

 – Я верю только в это, – продолжил петь Геннадий, – позитив спасёт мир.

Он сошёл с эскалатора, шагнул вперёд и, захохотав, начал стрелять по двум чёрно-белым, которые подошли слишком близко. Ещё минуту назад на их лицах читалась уверенность хозяев положения. Но за доли секунд сменили удивление, а потом обречённость.

Они навсегда застыли с этой обречённостью, как те дети рядом с призывом отрываться. На белоснежных рубашках стремительно росли красные пятна. Убитые не успели упасть на блестящий пол, как торговый центр наполнился визгом.

Краем глаза Геннадий видел лихорадочные движения, напоминающее блики на новогодней мишуре. Люди на секунды закрывали свет, проникающий через космический атриум, устремляясь в разные стороны, ища надёжное убежище в этом стеклянном гробу.

Из магазинов выглядывали продавцы, пытаясь определить источник опасности. Одни сбегали, другие пытались закрыть прозрачные двери, словно это могло помочь.

Геннадию это напомнило иностранные фильмы, где герои трясущимися руками запирали цепочки, но ребята помощнее одной левой вышибали хилые двери.

Сейчас было то же самое. Там – наивные люди, он – источник силы. Они – бьющиеся в истерике, он – получающий позитив. Когда-то ему было плохо, а другим хорошо. Сейчас полисы поменялись.

Геннадий развернулся к сквозному через этажи кругу, вызвав новую волну криков. Он поискал глазами охранников. Одну белую рубашку он засёк за рекламной конструкцией и начал стрелять.